Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

История про то, что два раза не вставать


История про сценарную заявку

ПОЛИТБЮРО
(сценарная заявка, десять серий)
— основано на реальных событиях —




1. В Венесуэле случается землетрясение, и вилла кокаинового барона Жорже Амадуро лежит в развалинах. Сам Амадуро, придавленный балкой, рассуждает о смысле своей жизни накануне смерти, а рядом с ним находится русский спасатель. Он подбадривает раненого и, чтобы время текло быстрее, рассказывает венесуэльцу, что много веков назад стало известно: бессмертные люди есть, но в конце должен остаться только один. На этом и построена подлинная история советского Политбюро. Тайна эта находится за семью печатями. В кадрах пролога сперва показывают крупным планом свинью. Она печальна, потому что предчувствует свою судьбу в кинематографе. Затем на экране появляются поезд и новенькие теплушки, затем длинный барак в снегу, и, наконец, работает лесопилка (крупный план двуручных пил). Звучит музыка Анжело Бадаламенти.

2. В классе одной московской школы, накануне войны зарождается любовь русско-грузинской девушки Светы и ботаника Иосифа. Света — дочь всесильного вождя, а Иосиф вырос в семье любавических хасидов, переехавших в Новый Иерусалим. Отец Иосифа – знаменитый комдив – только что репрессирован, а мать вышла замуж за чекиста. Брат Светы Яков — антисемит, но случайно влюбился в сестру Иосифа Лию. Иосиф, несмотря на то, что его отец расстрелян, поступает в ИФЛИ, а на летние каникулы едет в город Новосибирск, чтобы сочинить стихи о его строителях, но там ему открывается страшная тайна ГУЛАГа. Лия едет на дачу, и там по ошибке вскрывает таинственный ящичек хасидов, запечатанный сургучом.

3. Из-за того, что ковчег хасидов вскрыт, начинается война. Иосиф становится военным журналистом, Света — любовницей Берии, а Лия, задержавшись на даче, оказывается на временно оккупированной территории. Яков, попав на фронт, по ошибке вскрывает чужой секретный пакет, запечатанный второй печатью, и тут же попадает в плен. Сталин назначает Жданова губернатором Ленинграда.

4. Яков твердо держится в плену, Лия вредит немцам в подпольной организации, Иосиф сочиняет военные стихи. Их, вырезанные из газеты, вся страна таскает в нагрудных карманах: «Смерть придет, у неё будут твои глаза». Сталин, забросив военные дела, лежит на ближней даче. Он открывает старую бутылку «Хванчкары», запечатанную третьей печатью, и не может уснуть. Перебирая в памяти убитых им членов Политбюро, недоумевает, почему их сила не перешла к нему.

5. Сталин отказывается вытащить сына Якова из плена, Света бросает Берию и закручивает роман с Иосифом, приехавшим с фронта на побывку. От этого у Берии возникает антисемитизм. Лия попадает в немецкий лагерь смерти и встречается там с Яковом. Яков во время экспериментов немцев с танком т-34 угоняет танк. Улучив возможность, он сажает в боевую машину Лию. Во время путешествия по Европе внутри танка Яков сближается с Лией и срывает её печать. Это печать номер четыре. Но фашисты идут по их следу, и, чтобы спасти любимую, Яков высаживает её в маленьком польском городке, а сам погибает в неравном бою, чтобы задержать погоню.

6. Яков сгорает в танке, но успевает зачать сына. Жданов, случайно задумавшись, съедает весь запас продовольствия в Ленинграде, а Иосиф служит во фронтовой газете. Постепенно в нём просыпается антисемитизм. Берия ищет утешение в объятиях кордебалета. Между тем война идёт к концу, и Лия с маленьким ребёнком переходит линию фронта. Сталин негодует, узнав, что Лия родила полукровку.

7. После войны Лию арестовывают, а ребенка отдают в приёмную семью. Это семья член-корреспондента Сахарова, которая живет в секретном городе Сарове. Иосифа тоже арестовывают, но Светлана успевает от него забеременеть. Поэтому на ней женится Жданов и признает сына своим. Вольфганг Мессинг находит старинный свиток близ Афона и, сломав пятую печать, узнаёт тайну бессмертия Сталина. Оказывается, Сталин не настоящий сын сапожника, а приемный. Настоящие его родители — путешественник Пржевальский и женщина из рода Атарбека Мафусаилова. Антисемитизм Сталина от этого только крепчает.

8. Сталин приказывает выслать всех евреев, потому что хочет остаться один. Последним в Сибирь уедет Каганович, поскольку он умеет водить паровоз. Поэтому уже несколько месяцев Каганович живёт на Казанском вокзале и спит в будке паровоза. Лия в Сибири, надрываясь, строит бараки для будущих переселенцев. Иосиф валит лес для этих бараков. Дети Якова и Светланы в Москве, не зная о своем происхождении, заняты булингом еврейских детей. Светлана заканчивает железнодорожный институт и начинает работать в спецотделе МПС, занимаясь оптимизацией перевозок евреев на восток. Во время случайной остановки в Сарове она выходит купить шаурмы и чуть не опаздывает на поезд, но незнакомый человек, который везёт в тамбуре свинью, спасает её. Он срывает пломбу стоп-крана, — это шестая печать, и благодаря разбирательствам в милиции, Светлана знакомится с незнакомцем. Это академик Сахаров, которого его друг академик Ландау попросил купить свинью для нужд секретного института. У новых знакомых происходит стремительный роман прямо в тамбуре. Семья Сахарова переезжает в Москву, и академик со Светланой тайно уединяются в ещё пустых теплушках на Казанском вокзале.

9. Жданов умирает, потому что врач-вредитель укусил его за грудь. Из-за того, что врач — еврей, в Светлане возникает антисемитизм. Поэтому она выходит замуж за академика Сахарова. По заданию Берии выдающийся ученый Тимофеев-Ресовский проводит генетический анализ курительной трубки Сталина и докладывает, что вождь не принадлежит к роду Мафусаиловых, а значит, скоро умрет. Оказывается, несколько составов Политбюро были принесены в жертву напрасно. Берия понимает, что только он может спасти евреев. Но за это время колесо депортации уже раскручено, в Сибири для евреев построены огромные города Красноярск-77, Новосибирск и Академгородок. Иосиф лежит на главной площади Новосибирска в снегу и разглядывает Рождественскую звезду над собой. Рядом стоит конвойный человек Сергей Алиханов и ждёт, пока Иосиф допишет стихи. Алиханову холодно, но по душевной доброте он не торопит Иосифа, хотя от холода антисемитизм внутри Алиханова крепнет. Накануне Пурима Берия тайком привозит в Кунцево, к забору ближней дачи Сталина, десять евреев с чемоданами. Они пляшут в снегу, взявшись за руки, и наводят на вождя проклятие.

10. В Москве возникает первая проталина и похороны Сталина. В давке погибают дети Лии и Якова, Светланы и Иосифа, а также загадочный персонаж Иннокентий. Берия на недолгое время берёт власть, потому что кордебалет кончился. Он прикидывает, что поезда с евреями можно под шумок повернуть на запад и вывести их всех в Палестину. Берия рассчитывает, что после он станет Праведником Мира, и былые его преступления забудут. Но Хрущёв, воспользовавшись тем, что Каганович напился на похоронах и в первый раз за год пошел спать домой, угоняет все теплушки, грузит их зэками, и отправляет на Целину. Сам он остаётся в Москве и задумчиво смотрит в открытый сейф Сталина, в котором нет ничего, кроме тонкого конверта, запечатанного седьмой печатью с гербом СССР.
Иосиф и Лия едут вместе, и их озаряет чахлый свет недолгой оттепели.
Этим русский спасатель и заканчивает свой рассказ у давно уже остывшего тела венесуэльца. Рядом стоит толпа пеонов* и рыдает.




_____________________________

* Можно – «пионов».


И, чтобы два раза не вставать - автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.



Извините, если кого обидел

История про то, что два раза не вставать

ПАНТАЛОНЫ


Феклуша: Я, по своей немощи, далеко не ходила;
а слыхать – много слыхала. Говорят, такие
страны есть, милая девушка,
где и царей-то нет православных,
а салтаны землей правят. В одной земле сидит
на троне салтан Махнут турецкий,
а в другой – салтан Махнут персидский;
и суд творят они, милая девушка, надо
всеми людьми, и, что ни судят они, все неправильно.
И не могут они, милая, ни одног
о дела рассудить праведно, такой уж им предел положен.
У нас закон праведный,
а у них, милая, неправедный; что по нашему
закону так выходит, а по-ихнему
всё напротив. И все судьи у них, в ихних странах,
тоже все неправедные; так им,
милая девушка, и в просьбах пишут:
«Суди меня, судья неправедный!».
А то есть еще земля, где все люди с песьими головами.
Глаша: Отчего же так – с песьими?
Феклуша: За неверность.


Александр Островский, «Гроза»


Есть примечательный текст, что гуляет по Сети и радостно тиражируется честными обывателями. Это докладная записка Берии Сталину следующего содержания:
«8 января 1948 г.
Секретно
Совет министров СССР
товарищу Сталину И.В.
В ночь с 6 на 7 января 1948 года маршал Булганин, находясь в обществе двух балерин Большого театра в номере 348 гостиницы „Националь“, напившись пьяным, бегал в одних кальсонах по коридорам третьего и четвертого этажей гостиницы, размахивая привязанными к ручке от швабры панталонами фисташкового цвета одной из балерин и от каждого встречного требовал кричать „Ура маршалу Советского Союза Булганину, министру Вооруженных Сил СССР!“
Затем, спустившись в ресторан, Н. А. Булганин, поставив по стойке смирно нескольких генералов, которые ужинали там, потребовал от них „целования знамени“, то есть вышеуказанных панталон. Когда генералы отказались, Маршал Советского Союза приказал метрдотелю вызвать дежурного офицера комендатуры со взводом охраны и дал команду прибывшему полковнику Сазонову арестовать генералов, отказавшихся выполнить приказ. Генералы были подвергнуты аресту и увезены в комендатуру г. Москвы. Утром маршал Булганин отменил свой приказ».


В нашем многострадальном Отечестве всякое бывало, и не мне скорбеть о моральном облике вождей. Но есть в этом тексте удивительно тонкая стилистическая особенность, некий оттенок, который заставляет насторожиться — и совершенно справедливо. Мой добрый товарищ Игорь Петров, пресекая моё недоумение, обнаружил на сайте proza.ru текст 2007 года Владимира Николаева «Сталинский маршал», где ещё приложена резолюция Сталина: «Адъютанта и порученцев Маршала Булганина, не сумевших предотвратить дебош Булганина, понизить в воинских званиях и отправить для прохождения дальнейшей воинской службы в Ордена Ленина Дальневосточный военный округ. Балерин, с которыми Булганин вступает в связь, проинструктировать об их личной ответственности за недопущение появления пьяного Маршала Булганина в неодетом виде в общественных местах, за исключением гостиничного номера».
В этом тексте хорошо буквально всё — и экспрессия, и тайна (от нас скрывали, но вот), но есть в нём тонкая интонация абсурда, которая вдруг останавливает читателя. Он может не ощущать того, что оборот «из доклада Берии» человек, работавший с источником, тут не употребит. Не говоря уж о резолюции — это классический пример байки о том, как должно реагировать начальство в анекдоте. Вишенкой на торте — приказ сослать адъютантов в ордена Ленина ДВО, притом что округ этой награды не имел, а с момента существования был Краснознаменным, потому что стал им из Особой Дальневосточной армии, получившей орден Красного Знамени после конфликта на КВЖД.
Но полно, речь идёт не о смешных деталях, а об интонации, которая вызывает либо доверие, либо недоверие. «Цифровые данные этого документа», как писал Владимир Богомолов в эпиграфах к главам своего «Момента истины», можно опустить, подробности не важны, потому что у Николаева этот рассказ входит в цикл «Байки, высосанные из пальца», который начинается предложением знаменитого авантюриста Блюмкина использовать гамадрилов в качестве военной силы в английских колониях (с резолюцией Дзержинского), продолжается историей про жену Сталина, изменяющую мужу с Кировым, ну и тому подобное далее. Надо отдать должное этим текстам, они действительно смешные. А по-настоящему смешной текст всегда сперва кажется серьёзным.

Мне интересно другое — как устроен механизм восприятия этой конструкции.
Ведь поглядите — это небольшая пьеса. Есть пролог — позднее утро, доклад у Сталина. Дальше — бросок назад, гостиница и начало вечера. Январь, конец сороковых, сочетание нищеты и победы в великой войне. (В романе Юрия Бондарева «Тишина» есть сильная сцена драки близ этой гостиницы в двух шагах от Кремля — тоже ночь, снежок, и бывший офицер рвёт из кармана «вальтер») — в общем, это удивительно мифологизированное время, о чём проговаривается Аксёнов в «Московской саге» — там, конечно, Берия и Сталин, но ещё есть прекрасные трофейные мотоциклы, лётчики, джаз и улица Горького. Итак, подготовленный этим мифом читатель обнаруживает одно из первых лиц государства, министра обороны в обществе балерин (практически — эвфемизм). Действие должно развиваться наверху, в номере, и внизу — в ресторане. И там, и там градус нарастает, наконец, эти два мира встречаются, происходит проверка генералов на прочность, их увозят в кутузку (тут должна быть ещё любовная линия — молодой офицер и генеральская дочь). В общем, даже не пьеса, а готовый синопсис для успешного сценария.
Общественный интерес всегда прорастает на тех грядках, которые не то чтобы не избалованы вниманием, а находятся рядом с обильноцветущими. Близко, но чуть в стороне, и Булганин как персонаж чрезвычайно хорош для этого. Во-первых, у него запоминающееся лицо, непохожее на прочие стоптанные лица Политбюро. Никакого Фрола Козлова обыватель средних лет не опознает, (он был вторым человеком в партии при Хрущёве, и тот прочил его в преемники), а вот Булганина на исторических фотографиях узнают лучше Молотова. И всё потому, что у Булганина профессорская бородка, как будто он выбежал из чеховской пьесы. Запоминается контраст внешнего вида и маршальского звания вкупе с постом министра обороны. Ну и, наконец, многие хранят в памяти мантру об антипартийной группе: «Ожесточённое сопротивление пыталась оказать осуществлению ленинского курса, намеченного XX съездом партии, фракционная антипартийная группа, в которую входили Молотов, Каганович, Маленков, Ворошилов, Булганин, Первухин, Сабуров и примкнувший к ним Шепилов»[1].

Почему некоторые литературные сюжеты уходят в народ, а к другим намертво приклеено авторство? Потому что так устроено наше сознание: у каждого человека в какой-то момент окончательно формируется картина мира. Но её нужно достраивать и поддерживать, как дачный дом, заменять забытое (или подгнившее), приводить в соответствие с новостями из-за забора дачного посёлка. И мы лихорадочно ищем свидетельства, которые эту картину мира (неважно какую) укрепляют. Укрепляющие истории берутся из городских легенд, из коллективного бессознательного, из всего того, что может укрепить свой дом (и картину мира). И творческое начало никто не отменял, вот люди и творят историю «из того, что было». Добавляет что-то правдоподобное в услышанное, прививает ветки документов к фольклорным дичкам. Нужно сделать всего несколько усилий, чтобы поверить, что вот это — настоящее. Помогает и мысль, что что-то рассказанное очень похоже на правду и, если и неправда, то работает на благое дело, а мерзавцы и негодяи вполне могут есть детей. Ведь, и правда, у нас нет документа удостоверяющего, что они никогда не ели детей.
Но мы должны учитывать, что существуют (как сказано у одного американского классика) летние дураки и дураки зимние. Так и истории делятся на те, про которые сразу всё понимаешь: инопланетяне до сих пор лежат в саркофагах на американское военной базе в пустыне, Есенина убили за неверность богине Иштар (ох, я придумал это на ходу, а надо было бы использовать в каком-нибудь рассказе)... И есть другие истории — зимние, закутанные в массу правдоподобных деталей. Вот, например, повесть о том, что уже подогнали эшелоны для выселения всех евреев в Сибирь и там предусмотрительно построили лагеря, да вот только смерть Сталина помешала — совершенно заиндевевшая и очень живучая, хотя обеспечена документами ровно на том же уровне, что и министр обороны СССР, бегущий по коридору со шваброй наперевес.

Переход литературы в фольклор — тема вообще очень интересная, и план Даллеса, выросшего из романа Анатолия Иванова «Вечный зов», а, может быть, из бормотания Верховенского, прекрасный тому пример. Ещё один — история с Анатолием Рыбаковым, придумавшем в своём романе фразу Сталина: «Нет человека — нет проблемы», впрочем, не хуже. Если что-то подпирает твою картину мира, как стену дачного домика, то оно и верно, за то и на смерть можно пойти.
К нашему времени история про фисташковые панталоны разошлась по миру. Её цитируют в книгах о тайнах Кремля, шпионаже и политике, в статьях и радиопередачах.
В статье Евгения Черных «Сталинский маршал заставлял генералов целовать панталоны балерин», где Геннадий Соколов, автор книг «Голый шпион», «Бомба для премьера» и многих других говорит: «В архивах Лубянки я обнаружил любопытное донесение Берия. Мне не позволили сфотографировать документ, но разрешили наговорить текст на диктофон. Вот что там было написано...»[2] — и далее — приведённый выше текст. (Дальше там детективная история с тем, что этот абзац есть в региональных выпусках, а на основном сайте его нет. Мне объясняли, что слова про диктофон вписал редактор в завизированный текст, но это плохо укладывается у меня в голове. Случаи выкидывания абзацев в региональных выпусках (по разным мотивам) мне известны, но чтоб вписали — такое я вижу в первый раз). Нет, никто не может сказать, что «историк спецслужб», не мог попасть в архивы, и так прямо себе и представляешь это подземелье под Лубянкой, где, проходя между стеллажей, сунешь руку — и найдёшь что-то интересное. Тем более что в книге Соколова «Шпионаж и политика. Тайная хрестоматия» (2017) фигурируют уже другие архивы — в этом месте написано: «В кремлевских архивах я обнаружил любопытное донесение Берии». Но мне обещали подробностей от участников, и если что, я их тебе поведаю, дорогой читатель - но уж несколько месяцев участники молчат.
Байка вводится в народный оборот не потому, что она ловко сочинена, это полдела. Лучшие истории такого рода живут не благодаря энергии самого текста, а благодаря энергии его переписчиков и пересказчиков. Это великое правило работает с любой идеей и не зависит от точности деталей. Пусть дураки пересчитывают номера в «Национале» и дивятся стилю. Мы-то знаем, что именно там встречался Штирлиц с женой. Берия про это докладывал Сталину.


______________________________
[0]https://www.proza.ru/2007/01/29-416
[1]Об изменениях в Уставе КПСС. Доклад секретаря ЦК КПСС товарища Ф. Р. Козлова // ХХII Съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчет, Том 3; Том 22, Выпуск 3. — М.: Издательство политической литературы, 1961. С. 18.
[2] Черных Е. Сталинский маршал заставлял генералов целовать панталоны балерин // Комсомольская правда в Украине, 2015, 7 июля.


И, чтобы два раза не вставать - автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.



Извините, если кого обидел

История про то, что два раза не вставать



А вот кому историю про персональные компьютеры, пролетарского писателя, жизнь, смерть, любовь, советскую парадную живопись и орфографию.
Ссылка, как всегда, в конце.

Что там изображено? Полумрак, кабинет при свете низкой люстры (одни описатели говорят, что дело происходит в Горках, другие — что в особняке Рябушинского на Никитских воротах), слева сидит Молотов, справа Сталин, рядом с которым стоит Ворошилов. За Горьким, что патетически простирает руку вперёд, расположился сын писателя Максим. Легенда гласит, что Сталин, заказав себе копию для «Ближней дачи», велел фигуру сына Горького убрать, но возможности проверить это у меня нет, — дача в Кунцево до сих пор закрыта для публичного доступа. Существует и обратное исчезновение — в 1960 году всё тот же Яр-Кравченко вместе с художником Зарубиным, написал другую картину — «„Ответственность на вас!“. Встреча писателей на квартире у А. М. Горького в 1932 году». Там представлен весь цвет официально признанной советской литературы того времени — Алексей Толстой и Александр Фадеев, Валентин Катаев и Всеволод Иванов, Самуил Маршак и Корней Чуковский. Они узнаваемы — даже забытые ныне Сейфуллина, Малышкин и Панфёров. На этой картине, написанной через четыре года после XX съезда, мы наблюдаем удивительное зияние — там отсутствует Сталин. Но именно Сталин был главным гостем на этой встрече 26 октября 1932 года * . Леонид Леонов вспоминал о ней: «Встречался я со Сталиным, встречался... не раз... Картина есть у художника Яр-Кравченко, она сохранилась в литературном музее: в Рябушинском особняке, у Горького, Политбюро со Сталиным, и мы, писатели, человек пятнадцать. Там Горький и Сталин за столом, и Маленков, Молотов, Андреев, все сидят, а на первом месте кресло, а в кресле я сижу, молодой, приятный. Было дело... Это были страшные времена. И Ягода тоже был с нами, главный шеф Леопольда Авербаха, председателя РАППа... страшный человек был, такой бледный, маленького роста» * . Но на картине 1960 года власть, пришедшая к писателям поговорить — стушевалась, исчезла, пропала вовсе.
Но вернёмся на год ранее. Вечером 11 октября 1931 года родился мем (как теперь говорится), который пережил не только своего автора и всех при этом присутствовавших, но само царство. Он мгновенно стал известен, причём мудрый поэт Мандельштам сразу угадал в нём зловещие предзнаменования. Его жена вспоминала: «Читая какие-нибудь циничные, страшные или дикие высказывания, О. М. часто говорил: „Мы погибли“... Впервые он это произнес, показывая мне отзыв Сталина на сказку Горького: „Эта штука сильнее 'Фауста' Гёте. Любовь побеждает смерть“» * .

Про вторую половину фразы ходила городская легенда, что Иосиф Виссарионович написал слово «любовь» без мягкого знака. В книге Бенедикта Сарнова «Наш советский новояз» мему посвящена специальная глава: «Это Сталин сказал (даже не сказал, а собственноручно написал) на титульном листе ранней и, по правде говоря, ничем не примечательной поэмы Горького „Девушка и Смерть“. Как и многие другие — такие же глубокомысленные — высказывания вождя, эта сталинская реплика, разумеется, тут же была объявлена новым откровением марксистско-ленинской эстетики, подхвачена всей мощной машиной советской пропаганды и надолго (тогда казалось, что навсегда) вошла в тезаурус советского новояза...."





(часть процитированного):
Алёшкин П.Мой Леонов // Леонид Леонов в воспоминаниях, дневниках, интервью — М.: Голос, 1999. С. 587.
Мандельштам Н.Воспоминания. — М.: Вагриус, 2006. С. 384.
Сарнов Б.Наш советский новояз: маленькая энциклопедия реального социализма. — М.: ЭКСМО, 2005. С. 711.



http://rara-rara.ru/menu-texts/odno_kruche_drugogo


И, чтобы два раза не вставать - автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.




Извините, если кого обидел

История про то, что два раза не вставать

Случился очередной Хирошимадей.
И, как всегда, мои любимые соотечественники стали рассуждать - стоило или не стоило.
В СССР был культ Хиросимы - потому что хрен с ней, с Нанкинской резнёй, с Халхин-Голом, с отрядом 731, с всем этим многолетне-выстроенным образом (в том числе и в «Тайне двух океанов») японского милитаризма.
Враг нашего врага оказался нашим другом.
И, особенно, в шестидесятые, был целый корпус книг и фильмов - вплоть до фантастических: «Как она заметила, что мои биопротезы прижились неодинаково?»
Вот она, жертва наших врагов - грустная девочка с большими глазами.
Бумажные журавлики выпадают из её пальцев.
После той войны ядерное оружие стало настоящим пугалом. Собственно, человечество сначала, после Первой мировой, впало по поводу радиации в эйфорию, уставило обувные магазины педоскопами и принимало радиевые пилюли (тогда радиация была символом прогресса), затем радиация стала символом смерти (невидимой смерти), ну и протом (в наши дни) это вернулось к неопасному романтическому образу, эксплуатируемому постапокалиптическими фильмами.
Это не ужас, а какой-то пролегомен (извините за это слово) к «Безумному Максу». То есть, примите немного радиации, и мир обнулится, кредиты на иномарку исчезнут и начнётся что-то интересное. Ядерное оружие стало пугалом не сразу, как не сразу возникла радиофобия - к середине пятидесятых примерно. К тому же возникла идея гибели всего человечества разом - да и вся планета разваливается, как показывали в каком-то мультфильме моего детства.
С газами после Первой мировой это было всё же не так, смерть была сравнительно индивидуальной, хоть и среди таких же несчастных, а, к тому же, тогда были несовершенные газы и несовершенные средства доставки.
Меня, кстати, всегда задевало это выражение применительно к оружию массового поражения – «средства доставки».
Итак, с радиацией в массовом сознании вообще непросто.
Вы будете жить в сталинке на Тверской? Там внизу гранит фонит? А, тогда не мешает?
Чернобыль, зона, проживём, если что. Мы же в «Сталкера» играли.
А в Хиросиме «Мазду» делают.
Ну, и не говоря, что будущий академик Фоменко - то есть, академик Фоменко грядущих времён - потом сличит записи в летописи, и объявит нам, что это всё ошибка или умысел переписчика - не было Дрездена и Хиросимы, а это один город Фукусима.
Добавлю тут то, что нужно разобраться с нашим отношением к свершившимся атомным бомбардировкам.
Причём, разобраться не для того, чтобы совершенствовать моральный релятивизм, а для того, чтобы понять, почему и как мы думаем и чувствуем.
Ну вот, представьте, в августе сорок четвёртого года,Жуков приходит к Сталину и говорит: «Товарищ Сталин, у нас есть атомная бомба. Её наши зеки сделали перед расстрелом. Их расстреляли, а доложить, что всё-таки сделали наверх, забыли. Берия, мерзавец, проглядел, а бомба – вот она. Давайте, товарищ Сталин, ёбнем по Берлину».
И вот вы (а вы - такой товарищ Сталин, только очень добрый и никого не репрессировали, конечно), сидите, пыхтите трубкой, и говорите:
- А давайте! Конец - делу венец, - и всё такое.
Или вы думаете:
- Нет, так нельзя! Лучше мы пожертвуем тремя миллионами солдат, и ещё два миллиона немцев в ходе этого убьём (я к примеру цифры выдумал). И вот это порядочно будет, это будет правильно.
Вот и давайте разберёмся, где именно содержится грань допустимого, где она, в каком сегменте этих размышлений.
И это нам поможет понять что-то важное в нас самих.


Извините, если кого обидел

История про телефон

i_036 Среди разговоров о двойном ностальгическом смысле языку и всяких фразах-перевёртышах типа «распечатал письмо» и «мальчик в клубе склеил модель» вдруг вспомнил, что во времена моего детства в СССР была нехитрая забава.
Я застал телефонное хулиганство - сейчас-то телефонное хулиганство как-то перевелось, оно больше заместилось разного рода мошенниками.
А вот тогда это было чистой бескорыстной забавой моих одноклассников.
Они звонили по случайным номерам и говорили:
- С телефонной станции беспокоят... Какой длины у вас телефонный шнур?
Им отвечали, к примеру:
– Пять метров.
– Засуньте себе его в жопу.
Спустя десять минут по тому же снова раздавался звонок:
- Вам хулиганы звонили?
– Да!
– Предлагали телефонный шнур в жопу засунуть?
– Да!
– Мы их поймали, можете вынимать.
Это было занятием столь идиотским, что сейчас, когда я это случайно вспомнил, у меня не возникло ни стыда, ни раздражения. Всё это и тогда было и ныне осталось в какой-то другой, абсурдной реальности, где Тикакеев убивает Каратыгина огурцом.
Да шнур у современных телефонов редко встретишь.

Извините, если кого обидел

История про то, что два раза не вставать



"Если раскололась крышка фарфорового чайника, не огорчайтесь".
Не огорчайтесь, не расстраивайтесь - это вечный зачин "Маленьких хитростей".
Вообще, ну его нахуй.
Смотри на закат, съезди на Кавказ, пока там ещё не воюют.
Но как-то сомнителен мне ремонт несущих частей фарфора с помощью полиэтиленовой плёнки - тем более, что на рисунке изображёна не крышка, а приклеиваемая ручка - как бы не грохнуть потом всю эту конструкцию на пол.
Ну и вечный лидер - сантехника - седловина водопроводного крана! В седле клапана образовалась раковина! Зачистите седло до блеска, забейте в него деревянную вставку и залейте кипящим оловом! Нет, много что я скажу за Советскую власть, но эти манипуляции с водопроводными кранами - то, что делало человека антисоветчиком больше, чем вся "Хроника текущих событий".
Ну и идея натирать чеснок через полиэтиленовую плёнку мне решительно непонятна.
Это должен быть какой-то жидкий чеснок. Мягкий и податливый.

Извините, если кого обидел

История про Красную армию и секунд-майора

.

Меня часто спрашивают, за кого я – за либералов или за консерваторов, с кем я – с теми или с этими. Я часто отвечаю – подите прочь, дураки: я с пустынником Серапионом. Это не очень честный ответ. А если честно, то надо признаться – я с Красной Армией. Коли дело идёт об истории, то есть такой эпизод. В 1788 году шведы осадили Нейшлот. Крепость была невелика, слаба и гарнизону было всего две сотни человек. Но в крепости сидел секунд-майор Кузьмин, в сражении потерявший ранее руку. Шведы потребовали у него отворить ворота, но от отчвечал: «рад бы отворить, но у меня одна только рука, да и в той шпага». И со свом отношением к мировой истории я беру пример с безвестного секунд-майора – рад бы куда в сторону, много есть чего модного и хлебного для самоопределения. Да вот только с таками фотографиями в семейном альбоме, как у меня ничего не поделаешь.


Извините, если кого обидел

История про усатых

.

Липовецкий.jpg - upload images with Picamatic    Читал очень хорошую книжку. Однако ж обнаружил некоторое количество опечаток (это нормально, без ошибок не бывает - там, например, перепутаны подписи к иллюстрациям, изображающим Раневскую в фильмах "Подкидыш" и "Золушка", что легко восстанавилвается и не мешает сравнению её образа с фрекен Бок из известного мультфильма о Карлсоне). Что пенять сборнику умных статей за то, что в разряд "человечков" можно зачислить носовских коротышек, а вот Страшилу и Железного дровосека с трудом, равно как уж Чебурашку с Винни-Пухом никак не назовёшь "человечком". Но это всё мелочные придирки.
Но всё же я обнаружил и то, что я бы назвал особенностью метода. Есть такой неглупый  американский человек Марк Липовецкий, которого я знал ещё в Москве.
Он пишет о Буратино, и пишет, в общем, справедливые вещи, однако вдруг помещает в своей статье "Буратино: Утопия свободной марионетки" два профиля человека с длинной турецкой трубкой, взятые из рукописи Алексея Толстого. Дальше Липовецкий пишет: "...Этот момент парадоксальным образом связан в сознании Толстого со Сталиным. Это отчётливо видно по рукописи пьесы "Золотой ключик"... Возникающая несколько раз ассоциация между мотивом своего театра и образом Сталина позволяет предположить, что Толстой мысленно обращает к Сталину мечту о собственном театре - иными словами, об игре по своим правилам". Мне это утверждение представляется ошибочным.
Нет, я совершенно не спорю, что такое мысленное обращение к Сталину в голове Алексея Толстого присутствовало - отчего нет? Однако база для этого вывода довольно странная. Есть два профиля с трубкой, что, воля ваша, а вовсе не похожа на короткую трубку Сталина. Впору, как Фрейду, хочется крикнуть "Видишь ли, дочка, бывают просто сны". Отчего не предположить, что Толстой просто изобразил Карабаса, таким, каким видел его - с трубкой, снабжённой длинным мундштуком, с бакенбардами... Да и дело с концом - безо всяких эффектных выводов. Бывают просто Карабасы и просто трубки. Нет, если бы тут было портретное сходство, признаваемое всеми, то я пошёл бы на попятную. Или, если бы в самой рукописи был обозначен товарищ Сталин - хотя бы инициалами. А так мне совершенно не видно, что это вождь народов, да ещё и никакой "отчётливости" я тут наблюдаю. Не всякий усатый человек - Сталин.
Я вот тоже, пока писал от руки рисовал что-то на полях, так мне, выходит, теперь Бог весть что могут пришить. Нет уж. Неправда, Наташа, я совсем не об этом.


Весёлые человечки: культурные герои нашего детства. Сборник статей. - М.: Новое литературное обозрение, 2008. - 544 с. (п) 1500 экз. ISBN 978-5-86793-649-5


Извините, если кого обидел.

История про цены

.


1цены.jpg - upload images with Picamatic Известное дело, что когда при Советской власти повышали цены, то долго и комично извинялись. Но дело не в этом, вот вам статья про повышение цен, в которой содержится очень странный случай советского копипаста. Дело вот в чём - слева официальное сообщение о повышении, а справа - интервью с председателем Госкомцен СССР Н. Т. Глушковым. Веселье ситуации в том, что часть ответов справа дословно повторяет официальный текст слева. Практически это Ctrl+C - Ctrl+V. Зачем это было сделано, ума не приложу.
Для тех, кому лень разбирать буковки, текст ниже. (Собственно, про само повышение цен - на что и как, стоит почитать и безо всякой истории про копипаст).


В государственном комитете по ценам

Государственный комитет СССР по ценам рассмотрел и проанализировал вопросы действующей системы розничных цен.
В нашей стране в соответствии с курсом Коммунистической партии на неуклонное повышение народного благосостояния обеспечивается стабильность государственных розничных цен на основные продовольственные и непродовольственные товары. Постоянно возрастают их производство и потребление.
Розничные иены на хлеб, хлебобулочные и макаронные изделия, крупы, растительное масло, основные виды рыбы и консервов, сахар остаются на уровне 1955 года, а на мясо-молочные продукты - 1962 года.
Сохраняются цены на сложившийся ассортимент тканей, одежды, обуви и многих других товаров повседневного спроса, а также на основные товары культурно-бытового и хозяйственного назначения, в том числе на посуду, телевизоры, радиоприемники, магнитофоны, холодильники, пылесосы, стиральные машины и ряд других изделий.
Ассортимент товаров, особенно непродовольственных, значительно обновляется и расширяется. Постоянно создаются новые товары улучшенного качества, модные, технически более совершенные. Цены на такие товары устанавливаются с учетом производственных затрат и их потребительских свойств.
Огромным социальным достижением нашего общества являются низкие ставки квартирной платы, которые . остаются неизменными более 50 лет, а также стабильные тарифы на основные коммунально-бытовые услуги населению, в том числе оплата за электричество и газ.
В соответствии с социально-экономической политикой КПСС у нас наряду со стабильными розничными ценами из года в год увеличиваются денежные доходы населения на основе роста заработной платы и оплаты по труду в колхозах, повышения пенсионного обеспечения и государственной помощи семьям, имеющим детей.
Изменение условий производства, возрастание затрат на добычу сырья, обеспечение рационального использования ресурсов и некоторых товаров определяют объективную необходимость внесения отдельных коррективов в цены.
Исходя из этого, Государственный комитет СССР по ценам принял постановление об изменении розничных цен на некоторые товары с 15 сентября 1981 года.
Будут снижены в среднем на 12-37 проц. розничные цены на ткани капроновые, швейные и галантерейные изделия, белье и верхние трикотажные изделия из капрона и нейлона, часы наручные (кроме часов в золотых и золоченых корпусах), отдельные виды медикаментов, включая антибиотики и сердечно-сосудистые средства, некоторые товары культурно-бытового назначения и косметики.
Вместе с тем повышаются в среднем на 17-27 проц. розничные цены на винно-водочные и табачные изделия в целях ограничения их потребления.
Эта мера учитывает и соответствующие предложения, трудящихся.
Повышаются на 25-30 проц. розничные цены на ювелирные изделия, хрусталь, ковры, меха и меховые изделия, швейные и галантерейные товары из натуральной кожи, высококачественные шерстяные и пуховые платки, отдельные гарнитуры мебели и фарфоровые сервизы высшей категории качества.
При этом цены на детский ассортимент товаров и на золотые диски для зубов сохранены на действующем уровне. Лицам, впервые вступающим в брак, при покупке обручальных колец из золота будет увеличена сумма компенсации, выплачиваемая при регистрации брака.
В целях экономного расходования нефтепродуктов, признано необходимым повысить розничные цены на автобензин до 30- 40 копеек за литр, а также цены на лодочные моторы, речные и озерные лодки, катера, полуглиссеры и яхты индивидуального пользования.
Для инвалидов Отечественной войны первой и второй групп, приобретающих транспортные средства бесплатно, на льготных условиях или за полную стоимость, а также для других категорий инвалидов, получающих транспортные средства бесплатно или на льготных условиях, предусматривается соответствующая компенсация за счет государства на дополнительную оплату бензина.
Принятые Госкомцен СССР решения не затрагивают основных продовольственных и непродовольственных товаров. Розничные цены на эти товары будут сохраняться стабильными и в дальнейшем, как это и предусмотрено в решениях XXVI съезда КПСС.


Collapse )

Извините, если кого обидел.

История про синтаксический ревизионизм

.

Все споры пикейных жилетов об истории обычно сводятся к синтаксису - вернее, к перестановке двух частей сложного предложения. "Сталин, конечно, был тиран, но при нём мы выиграли войну" - говорят одни. Другие им возражают - "При Сталине мы выиграли войну, но он был тиран". Ну и понеслось - с разным накалом, но всё с тем же мотивом психотерапевтического выговаривания - утверждения-то равно бессмысленные. Всё упирается в интонацию "Пи-и-ива не-е-ет!".
Причём тут неважно, кто этим занимается, очевидцы и участники или их потомки.
Мемуары очевидцев - особая статья. Я довольно давно занимаюсь разными мемуарами и должен сказать, что навидался всякого. Есть тексты совершенно безумные, из которых вылезет вдруг хтонический ужас, всунутся к тебе в комнату свиные рыла жизненной правда, да и спрячутся потом. Есть взвешенные и спокойные воспоминания умных людей. Есть книги, из которых, орошая всё вокруг, бьёт жёлтая струя тщеславия. Есть мемуары, похожие на статистический справочник, а есть донельзя отредактированные мемуары, зачищенные цензурой и литературными обработчиками.
Много что есть, но всё к делу.
Потому как из всего можно сделать полезный в хозяйстве вывод.
И вот хороший пример: только что вышли вспоминания одного немца, что сидел в окопах на Волховском фронте - то есть для нас он Волховский. Самое интересное там, как всегда, описание быта, бытовая история. Но только над ней надстроена простая (синтаксически простая) конструкция объяснений - да мы держали в осаде большой город, в котором умирали старики и дети. Но… и тут всегда возникает это "но", после которого следует: "Сталин использует старое соперничество между Москвой и городом на Неве для развязывания кровавой оргии". Да, мы воевали в России, "Конечно, они [немцы и русские] убивают друг друга в скопившейся, в слепой ярости, в состоянии аффекта. Но чаще всего это те, кого к этому состоянию подтолкнули, псевдогерои, находившееся в тылу, команды экзекуторов СД, палачи НКВД, которые без всякого для себя риска тешатся этим, превращая войну в смертоубийство". (Расстановку запятых я оставлю на совести корректора М. В. Чебыкиной, а вот путаный во всех смыслах синтаксис - авторский, родом из вермахта: мы вообще-то зашибись, но демоны нас заставили. И у вас тоже были демоны, а значит, мы равны). …И дальше - да мы обстреливали Ленинград, да, мы обстреливали осаждённый город, "Но Андрей Александрович Жданов, 49-летний украинец, настоящая фамилия которого была Раковский, сыграл свою зловещую роль не только в Ленинграде". Чё за дела? При чём тут Раковский (Христиана Раковского - да, знаю. Но пусть кто-то мне объяснит фокус с настоящей фамилией Жданова, ранее мне неизвестный. Спору нет, Жданов - фигура мрачная, но какой бы упырь ни сидел главой над туземцами, это не повод для оправданий. Тут какой-то особый синтаксис - "Да, мы пришли к вам вас убивать, но согласитесь, у вас были дурные дороги и вами управляли дураки").
Или вот длинный пассаж, но довольно принципиальный: "Невозможно понять положение немецких армий на Восточном фронте, не исследовав более конкретно кошмар борьбы с партизанами. Для этого необходимо забыть ряд клише, которые стереотипно подаются самозваными народными всезнайками. На самом деле их данные мало согласуются с реальными фактами. Не в первый раз со времени аферы Вальдхайма немцам бросаются упреки в совершении ужасных преступлений против партизан. В качестве доказательства прилагаются фотографии повешенных и расстрелянных партизан. Обоснованно ли негодование, вызванное этими снимками? Разумеется. Ведь это свидетельства военного варварства. Они доказывают отсутствие чувства такта в отношении к смерти тех людей, что следовали своим идеалам и отдали за них свою жизнь. Но верно точно так же и то, что такого рода казни считались законными с точки зрения действовавшего тогда всеобщего военного права и поэтому не являются доказательством военного преступления.
Очевидцы, пострадавшие в результате нападений партизан, не понимают, почему при изображении таких удручающих картин сегодня всегда в тени остается другая половина происходившего и никто не задается вопросом, а что со своей стороны творили партизаны? Разве сейчас нельзя попытаться представить, как разлетается на куски грузовик с немецкими солдатами-новобранцами, подорвавшийся на партизанской взрывчатке? Или когда обстреливаются, а затем поджигаются обозы с ранеными? Мы хотели бы избавить читателей от дальнейшего описания и дальнейших вопросов. Но представляются совершенно естественными требования очевидцев выразить скорбь также и в отношении жертв, искалеченных в результате партизанских атак".

А вот хуй тебе, дедушка. В предложении "Мы вешали и мучили, но так и вы жгли наши комендатуры и обозы" неправильный синтаксис. Никто вас сюда не звал, оттого никакого "но" в этом сложном предложении нет. И мысль-то простая: сидел бы ты в своей Померании, а твои соотечественники - в Гамбурге и Франкфурте, то и не подорвался бы никто на партизанской взрывчатке. Не летали б самолёты бомбить Лондон, не лазили бы твои соотечественники на Парфенон со своим флагом, не катался бы на танке по Волоколамскому шоссе - какие были б претензии?
Нет, значит, для нас сложности в этом синтаксисе.
Зато в нём есть квинтэссенция обыкновенного ревизионизма. Просто немецкий ветеран прямодушен и проговаривает вслух то, что другие произносят более аккуратно.
Я долго читал о том, как спустя много лет немец поехал поглядеть на Петербург - желание понятное и естественное. Лучше так, с визой и экскурсоводом, я считаю.
Но потом я наткнулся на фразу "У обочины дороги две, как будто походя поставленные и поблекшие от времени полевые гаубицы. Память о тех мрачных днях, как и блиндажи за ними, вокруг которых пышно разрастаются капустные кусты дачников".
Я, конечно, понимаю, что "Центрполиграф" славится своими переводами, но всё же... Умри, Дюма, лучше не скажешь - ведь это француз отдыхал в тени развесистой клюквы. Немцу же достались кусты русской капусты.


Стахов Х. Г. Трагедия на Неве. Шокирующая правда о блокаде Ленинграда 1941-1944/ Пер. с нем. Ю. М. Лебедева. - М.: Центрполиграф, 2008. - 382 с. 5000 экз. ISBN 978-5-9524-3660-2

Извините, если кого обидел.