Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Category:

История про Бориса Кузьминского

Собственно, это разговоры с Борисом Кузьминским в августе 2001, в момент возникновения издателского проекта русской прозы в "ОЛМА-ПРЕСС". 

- Скажите, Борис, как официально называется ваша должность в издательстве?
- В конце мая меня взяли в штат на специально созданную должность консультанта главного редактора: предполагалось, что я сформирую и буду курировать линию русской нежанровой прозы, а также осуществлять экспертизу ряда других имиджевых проектов "ОЛМЫ". Однако в середине июля в издательстве стряслась серьезная структурная перестройка, и теперь название моего поста звучит гораздо рутиннее: заведующий редакцией художественной литературы. На деле это означает, что задача усложнилась втрое. Помимо "Оригинала", к концу сезона предстоит ввести в эксплуатацию еще две регулярных прозаических серии: жанровую (детективную) и переводную. В целом должен получиться тройственный мегабренд, хорошо узнаваемый и четко позиционированный на книжном рынке.
- А как возникла идея этой серии. Вы как-то сказали, что в ее названии не будет слов "современная", "русская" и т. п. Теперь название известно. Что именно оригинального в ней будет?
- Идея носилась в воздухе. Любое процветающее издательство, которое не намеревается зачахнуть в ближайшие пять-десять лет, попросту обречено нащупывать стратегию работы с "серьезной", мейнстримной словесностью. Сегодня - навскидку - около 70% литературы, выпускаемой в стране, - жанр: детективы, боевики, фэнтези, любовные романы. А в реально производимом на территории России массиве текстов соотношение традиционно обратное: 70-80% - "нормальная" проза реалистической ориентации. Обширные залежи, россыпи, едва-едва надкушенные мейджорами книгопечатного дела. И это при том, что жанровые месторождения, похоже, почти исчерпаны; и публика, и издатели устали от стрельбы, крови, бандитской фени и жеманно-карамельного порно.
"Оригинал" - хорошее слово для серийной марки, незанудное, с многоплановой семантикой. Ключевое отличие от аналогичных, уже существующих линий - пожалуй, в том, что по замыслу "Оригинал" - коммерческая серия. Прибыльная для издательства и авторов. Конечно, она не обязана быть такой наваристой, как Стивен Кинг или Александра Маринина, но в то же время гонорары и профиты не будут сводиться к чисто символическим суммам. Мы работаем по распространенному принципу роялти, однако не занижаем отпускных цен и не скрываем допечаток. Допечатки тиражей запланированы, они - неотъемлемая часть имиджа серии: сочинение серьезной прозы может быть не только благородным, но и относительно выгодным занятием. Правда, и селекция материала сверхжесткая, жестокая даже. Регалии, репутации, прежние заслуги, раскрученность/нераскрученность авторов не играют существенной роли. Главное - качество предложенного текста.
- Когда мы говорили летом, вы сказали, что не уполномочены говорить о списке первых авторов. Теперь, как я понимаю "Список Кузьминского" вполне сформировался. Кто в него входит? И с какими книгами?
- Ничего сверхъестественного, вы и сами могли бы составить такой же список... Увы, я могу назвать только тех, с кем подписан контракт, вся информация о предварительных переговорах конфиденциальна. Первые четыре книги серии, которые находятся в производстве и должны появиться на прилавках одновременно, - это сборник повестей "русского Грэма Грина" Анатолия Азольского "Розыски абсолюта", раннее произведение широко и отчасти скандально известного в узких кругах москвича Владимира Шарова "След в след", только что законченный роман петербуржца Сергея Носова "Дайте мне обезьяну" (блестящий сатирический гротеск о "черном пиаре" на провинциальных выборах) и "Фабрикантша" Натальи Смирновой из Екатеринбурга - практически дебют, повесть и двенадцать новелл, своеобразный, нервно-метафорический стиль, открытие для читающей публики. Надеюсь, пятой книгой станет "Ложится мгла на старые ступени" Александра Чудакова; этот "роман-идиллия", после журнальной публикации объявленный одним из основных претендентов на Букера-2001, теперь доработан и дополнен автором.
- А этот список формируется с учетом требований руководства издательства? Как происходит принятие решения? Тем более, у вас есть... скажем, так - референты, среди которых наш коллега, редактор Ex libris'а Илья Кукулин. В чем смысл и регламент их работы?
- "Референты" - неуместное слово, правильней будет "эксперты". Экспертный совет серии невелик, в него предложено войти специалистам, которые пристально отслеживают литературный процесс из центра и с мест, свадебные генералы там отсутствуют. Помимо названного вами Ильи Кукулина, это Андрей Немзер (Москва), Марина Абашева (Пермь) и Сергей Боровиков (Саратов). Ну и всё пока. Уважаемые эксперты сотрудничают с нами на общественных началах, голос каждого - совещательный; совет создан прежде всего в целях сбора оперативной информации о происходящем. Если я не буду знать о том, что московский писатель N дописывает новый роман, а в Барнауле появился гениальный молодой прозаик Z, моя повседневная работа утратит всякую эффективность.
Что до конкретных решений - они принимаются во многом волюнтаристски, я опираюсь на собственный опыт, вкус и интуицию. Да и как иначе - ведь ответственность за результат целиком и полностью лежит на мне. У руководства "ОЛМЫ" требование одно: чтобы проект не оказался убыточным, и это требование кажется мне совершенно правильным и безусловно выполнимым.
- Практически все крупные издательства запустили серии современной прозы. Поскольку этой прозы явный дефицит, то не пересекутся ли публикации? Или корпус текстов будет приращиваться за счет провинции?
- Не чувствую я никакого дефицита, напротив. Ситуация в русской прозе, конечно, не идеальна, но и совсем не столь безнадежна, как принято считать. Смотря с чем сравнивать. Вот, например, скольких серьезных писателей современной Франции вы мне с ходу назовете? Я, положа руку на сердце, знаю только двух: Турнье и Модиано. А наших только начни перебирать - пальцев не хватит. Я, например, очень доволен теми книгами первого пула, которые перечислены выше. Мало того, что каждая сама по себе - яркое, самодостаточное явление, вместе они, мне кажется, обозначают потенциальный спектр серии, и этот спектр обнадеживающе широк. Букериат и дебютантка, Москва, Петербург и Урал... Причем никому из авторов я суставов не выкручивал, у конкурентов их не отбивал. Уверен, и в дальнейшем не придется: такие уж ухватистые конкуренты подобрались.
- А каких писателей, по вашему мнению, в этой серии никогда не будет?
- Я бы говорил здесь не о писателях, а о конкретных произведениях. Ни на ком нельзя ставить крест, это было бы антигуманно. Даже Николай Кононов или Марк Харитонов в будущем, чем черт не шутит, могут произвести на свет что-нибудь жизнеспособное и по-настоящему интеллектуальное. Ведь интеллектуализм прозы заключается знаете в чём? В сюжете. Точно так же как мессидж музыки воплощен в мелодии. Бывают, конечно, атональные композиторы - Шенберг, Кейдж, - я отдаю им должное, но ради удовольствия на их концерты не пойду. Я лучше дома Майкла Наймана послушаю.

Извините, если кого обидел.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments