Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про кофе (II)

.


...Надо сказать, что во всяком учебном заведеении место рядом с буфетом называется "Сачок". Вернее, так называется место рядом со всяким буфетом. В отличие от университета, в Литературном институте это место было вынесено вон - через улицу.
Сначала это было крохотное кафе с народным названием "Цыплёнок". - тесное, маленькое, впрочем, скоро исчезнувшее, но возродившееся через несколько лет. Кажется, оно было увековечено Эргали Гером как кафе "Белочка" в его рассказе "Электрическая Лиза".
Но оно закрылось на вечный ремонт, чтобы стать потом частью универсального магазина.
Поэтому мы открывали для себя другие кафе. Было кафе внутри музея Революции - под охраной броневика и стоявшего ещё тогда там разбитого демократического троллейбуса. Это было кафе вечернее, хотя закрывалось в пять.
Вечерним считается кафе полутемное или просто темное, а дневным - светлое, такое как обновленный "Цыплёнок", нарёкшийся, впрочем, официально "Капакабаной".
Мои знакомые барышни (итальянские кожаные плащи, казавшиеся шиком в начале девяностых) так и говорили друг дружке:
- Пойдём в революцию?
В революцию - это на запах кофейного автомата и диковинного чуда в стальных чашках под названием "жульен". Так я исчез оттуда года на два - в кафе по соседству, что находилось в Музее Революции.
Потом пришли нормально-богатые и стали возить ненормально-длинноногих куда-то вдаль. Мне этот адрес до сих пор неизвестен.
Но тогда ещё царило в головах бедное равенство, и, вернувшись на угол Бронной и Богословского, можно было долго сидеть за томом Достоевского.
Товарищ мой Смуров ходил в кафе всегда одной дорогой - мимо синагоги на Бронной. Он был похож на настоящего хасида, в черном лапсердаке и шяпе с широкими полями. Настоящие хасиды недоуменно смотрели вслед Смурову: почему этот аид движется мимо?
За столиком из химического цвета желтой пластмассы Смуров рассказал историю из прошлой своей жизни. В этой истории, жившей отдельно от нынешней биографии Смурова, солью был роман с какой-то девушкой, одной из тех, что поселившись в кофейных историях, начисто теряют внешние приметы и лишаются имени. Из реальных девушек с мягкими руками и запахом только что снятых теплых платьев, из людей с вьющимися или прямыми волосами, они становятся персонажами.
В кофейной истории действовал и беллеризованный Смуров, не нынешний, а другой, персонажный, пролезающий через форточку к спящей девушке.
В новой "Капакабане" чёрный горький кофе был недорог, а чай был ещё более недорог, а если и на него не хватало, то можно было просто подсесть за круглый чёрный столик и точить лясы на сухую, или попросить ещё какой-нибудь дряни.
Впрочем, скоро забеременела одна из барменш и у неё началась боязнь трубочного дыма. К сигаретному не знаю уж как она относилась, но она всякий раз указывала мне, что трубку курить можно только на улице.
Однажды я припёрся в кафе с толстым томом "Преступления и наказания", из коей каждое слово можно брать в цитаты.Книга эта великая, и тем более великая, что её невозможно испортить в глазах читателя даже долгим обязательным списком школьной программы. Несмотря на выражения "за застойкой", и "Он припомнил теперь это, но ведь так и должно быть: разве не должно теперь всё измениться?" на последней странице книги - и уж знаменитый "круглый стол овальный формы", который решительно все идиоты ставили в упрёк Достоевскому
Так вот, я утверждаю, что её можно разобрать по абзацам на эпиграфы.
"В начале июля, в чрезвычайно жаркое время под вечер один молодой человек вышел из своей каморки, которую он снимал от жильцов в С-м переулке, на улицу и медленно, как бы в нерешительности, отправился к К-ну мосту".
"Не то что он был так труслив и забит, совсем даже напротив, но с некоторого времени он был в раздражительном и напряжённом состоянии, похожим на ипохондрию".
Впрочем, всё это было не про меня. Накануне я сделал себе кефирный супчик, и если ничего не случится до вечера, рассчитывал быть весел: несмотря на чтение истории Раскольникова.
Я уже придумал чудесное название поэмы про Раскольникова - "720 шагов".
Но в этот момент поднял глаза от страницы и осознал, что окружающая действительность изменилась. Я пришёл в полупустое кафе, а теперь оно было заполнено скорбными людьми в чёрном и заплаканными женщинами. Они давно сдвинули столы, и теперь я со своей чашечкой кофе сидел в середине длинного поминального стола - пили в разброд и никто мне не удивлялся, благо я был в чёрном.
Время текло, безвкусное как дистиллированная вода, как оздоровлённая пища - кофе без кофеина, безалкогольное пиво и обезжиренное масло.

Извините, если кого обидел.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments