Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про литературу.

.

Конечно, говорить про литературу - это скотство.
Очень часто, когнда я сижу на днях рождения, какая-нибудь сидящая рядом женщина оборачивается и говорит "Что вы рекомендуете почитать?".
Эт мне ужасно напоминает страдания всех моих знакомых врачей. Их в гостях ловят за рукав, показывают язык, показывают, где болит.
Мне ещё повезло.
Но пробляме всё та же - вопрос "Что почитать" ничем не отличается от вопроса "А может мне съесть каких-нибудь таблеток?".
Я всегда отвечаю, что ничего есть или читать не надо, а лучше сходить в лес и подышать свежим воздухом. Ничего никому не надо делать (по крайней мере в области чтения), и тем более не смотреть, как и что делают другие. По существу-то это самое трудное.
Во-первых, в моих устах «нравится» тождественно слову «интересно».Слово «интересно» определить вовсе невозможно. Мне например, нравится читать Большую Советскую энциклопедию, второе её издание.
Во-вторых, я не считаю, что люди сейчас должны что-то читать вообще - что это как то изменяет их в моих глазах. Поэтому я не даю рекомендаций к чтению. Я, скорее, рассказываю о своих ощущениях.
Впрочем, я ведь книжный паталогоанатом. Меня про книги слушать нельзя. Даже про мои собственные - всё время хочется сказать что-нибудь типа "- Да нет. Я очень спокойно отнёсся к книге. Это такой странный случай, когда её можно было бы сделать в два раза тоньше, и она не проиграла бы. И, коли она стала такой - тоже ничего. Что-то мне в ней не нравится, но вместе с тем она для меня интересна. Не книга века, ни ужас-ужас-ужас. Пусть живёт.".
Я-то признаться не ригорист. Я человек корыстный, хоть иногда и весёлый.
Поэтому, я готов был бы получать деньги от графоманов. Например, графоман бы звонил мне и говорил:
- Знаешь, Владимир Сергеевич, я написал рассказ - сейчас я его тебе вышлю, а завтра приду в гости.
И вот он приходил бы ко мне, бренча бутылками, с окороком подмышкой. Я бы говорил ему, что думаю, (сам , на всякий случай, поглаживая газовый ключ под столом), мы выпивали бы, а потом я провожал бы его, пригорюнившегося, до дверей. Но обедаю я с друзьями, к счастью, далёкими от литературы.

Внутри моей конструкции мира сначала нужно определять, что мы понимаем под писателем и литературной работой. Потому что писатели бывают разные - есть учителя и рассказчики историй. Учителю сложно подрабатывать по специальности – как космонавту сложно сделать пару левых ездок.
Рассказчику историй легче - он (я) получает удовольствие от совершенно разных форматов. Можно талантливо сделать обёртку для конфеты, и не только в духе конструктивизма, но и просто знаменитой конфеты. Всадник Лансере до сих пор скачет по "Казбеку", и проч. и проч.
Я это к чему - к тому, что понятие "писателя" сложное. Писатель (поэт) ли Некрасов? Профессиональный ли - чёрт его знает. Издавал журнал - месяцами не платил гонораров, наживался на спекуляциях. Имение там, ценные бумаги... Некрасов был бригадиром шулеров - разветвлённая такая бригада была. Саша Белый отдыхал. Они помещиков из Заволжья издали пасли, загодя.
Где тут грань подработки, когда она становится творческой - в "Современнике"? В стихах? А, может, играя в карты, он набирал материал для поэмы - только этот сбор материала был высокооплачиваемый. Где стиль жизни писателя?
То есть, интуитивно мне понятен вопрос - что кобениться. Но я о том ещё, что, ответив на то, какой фактуры хвост слона, мы не отвечаем на главный вопрос - каков вид этого животного. То есть, каков стиль жизни современного производителя текстов. Вернулся ли он к старой схеме середины XIX века? Или к ещё более ранней - безгонорарной форме? Я всё пытаюсь провести мысль, что есть тексты как литература (впрочем, всё - литература), а есть как ночной разговор с человеком. Пришли в московской ночи в квартиру, где по углам своя жизнь. Ну там гитара тренькает, ещё что-то происходит. А ты сидишь на кухне и разговариваешь неспешно.
Мне говорят, что это именно разговор узкого круга - не представляющий никакой тенденции в искусстве. Потому что рассказывание о себе - это некоторый ритуал. И, сдаётся мне, важен сам акт выговаривания.
С литературой тут тоже самое - литература это стремительно теряющее популярность искусство, то, что буддийские монахи лепят из песка - вершина популярности по сравнению с литературой.
Вопросов много.

Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 64 comments