Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про Воннегута (II)

Вторая история, что произошла с Воннегутом в России, касается его поколения. Советская литература второй половины ХХ века проверялась Второй мировой войной. И куда не сунешь нос, даже в самый спокойный текст, то всё равно в нём отзвук Отечественной войны.
И вот с Воннегутом произошёл парадокс – с одной стороны он вполне настоящий участник Второй мировой войны, причём попавший в Арденнский котёл, и имевший опыт не только наземной войны в Европе, но и плена (впрочем, «Бойню номер пять» все читали и пересказывать это бессмысленно. С другой стороны, он не воспринимался, как человек литературного поколения выживших советских лейтенантов.
Эти уцелевшие лейтенанты (среди них много артиллеристов – и это не совсем случайно. В этом роду войск, повязанным ещё с Толстым, был образовательный ценз) казались куда старше Воннегута.
Всё дело в том, что Воннегут был пацифистом, а в СССР пацифизм поощрялся только в отношении Вьетнамской войны и прочих империалистических войн.
Оценивать Отечественную войну с пацифистских позиций невозможно, и вот это, да и прочие обстоятельства «выпихивали» Воннегута в другую возрастную категорию – туда, к Аксёнову и компании.
То есть, читатель в СССР умудрялся сочетать любовь к Воннегуту (и к «Бойне №5») и, одновременно, любовь к стилистике фильма «Мне двадцать лет» - а это не так просто, как кажется.



Извините, если кого обидел
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments