История про бедную Лизу (II)

.

Что интересно, так это какое-то молекулярное желание общества выстроить иерархию в каждой области. Именно поэтому мы имеем в лици (именно что в лице) Джоконды главную картину мира.
Вот хоть тресни, а она главная - дальше можно спорить об индивидуальных предпочтениях, о том, отчего так вышло - не спиздили б картину из Лувра, не придумай Леонардо своих деревянных уродцев...
В подолжение истории с Раневской есть и другая: оОчень часто пересказывают одно место из довлатовского "Заповедника":
"Ко мне застенчиво приблизился мужчина в тирольской шляпе:
- Извините, могу я задать вопрос?
- Слушаю вас.
- Это дали?
- То есть?
- Я спрашиваю, это дали? - тиролец увлек меня к распахнутому окну.
- В каком смысле?
- В прямом. Я хотел бы знать, это дали или не дали? Если не дали, так и скажите.
- Не понимаю.
Мужчина слегка покраснел и начал торопливо объяснять:
- У меня была открытка... Я - филокартист...
- Кто?
- Филокартист. Собираю открытки... Филос - любовь, картос...
- Ясно.
- У меня есть цветная открытка - "Псковские дали". И вот я оказался здесь. Мне хочется спросить - это дали?
- В общем-то, дали, - говорю.
- Типично псковские?
- Не без этого. Мужчина, сияя, отошел"...
Очень часто эту историю пересказывают в таком ключе: вот человек с мещанским сознанием не мог восхищаться природой, а ждал сигнала от начальства или кого-то ещё, и вот... И проч., и проч.
Меж тем, этот персонаж, по сути, обращается к эксперту, просит выполнить его работу, схожую с работой Вайля, или даже работой галериста Гельмана («Критики отслеживают тенденции, а не качество. Поэтому ориентироваться надо на экспертов. То есть галеристов»). то есть, сертифицировать предмет [искусства].



Извините, если кого обидел