Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про то, что всё сложно

.
Заметил то, что в послледние дни интересные истории о живых людях, проще говоря - сплетни, превращаются для меня в отправные точки для рассужений об абстрактных философских конструкциях. А если не филосфских, то чисто литературных - соблюдены ли драматургические правила? Есть ли развитие сюжета? Кульминация - или так, всё провисло?
Это несколько нечестно. Проблема в том, что страсти человеческие превращаются в предмет паталогоанатомии. Поводом к этой мысли послужили сегодняшние разговоры об одном графомане, одном полуграфомане, двух литературных дамах и целом Галковском. Правда, мы говорим о "уже обработанном материале" - то есть, о сплетне, которая попадает к нам в руки.
Если, узнав, что жена Синдерюшкина родила негра, мы бежим в кафе, чтобы там рассказать эту историю, и употребляем имеющийся литературный дар, украшаем сюжет - это один коленкор.
А вот если нам рассказывают о том, что один писатель без оного литературного дара обиделся на другого, и вот мы думаем - достойна ли эта история Ивана Ивана с Иваном Никифоровичем - так то совсем иное использование материала.
И в первом и во втором случае человеческая драма служит материалом, но второй мне как-то милее.
При том, всё ещё хуже: я и не могу иначе - например, столкновение Галковского с Ольшанским для меня вовсе не столкновение живых людей (хотя и знаю обоих) - для меня это стихотворение Петрова.
Вот в чём дело.
И я понял, что как персонажи герои сплетен мне интереснее, чем в качестве живых людей - даже если "кача- убил отца, -юца - живёт с сестрой".



Извините, если кого обидел
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments