Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про Дантеса

.
Я, как часто это со мной бывает, сидел на чужой даче. Приближался день рождения Пушкина, который в моей стране отмечают с некоторой долей чиновничьего безумства, которая говорит о желании молитвенно разбить лоб в об пол.
И вот в разговоре, что жужжал под абажуром, всплыла старая история про русскую литературу. А русская литература довольно долго, как известно, замещала у нас русскую философию, русское обществоведение и уж наверняка – русскую историю.
И один человек на дачной веранде снова рассказал известную историю про Горького и Дантеса. Эту историю рассказывают разные люди, например, покойный Григорий Горин. Он говорил о том, что Виктор Шкловский как-то сказал своим слушателям на семинаре о путешествии Горького в Европу.
И вот в Париже его представили какому-то господину, оказавшемуся Дантесом. Дантес мирно старился, прежде чем умереть в 1895 году. Горький нагрубил, руку пожимать отказался – Дантес тоже кричал, что защищал свою честь, их разняли. Дошло до дуэли – Горький получил короткий вызов, иль картель. Хоть будущий пролетарский, а тогда только народный писатель почитал дуэли барской забавой, но драться согласился.
Однако тут же получил и второе письмо от Дантеса – где тот писал, что драться по-прежнему готов, но прочитав сочинения господина Горького, и особенно его стихи, не может поднять руку ещё на одного русского поэта. Примите и проч., остаюсь искренне ваш - Дантес.
Горький плюнул и уехал – правда, бросил после этого писать стихи.
Всё дело в том, что эту историю мне рассказывают примерно раз в год. В ней всё хорошо, но только одно скверно - Дантес умер в 1895. А Горький в те времена приехал в Самару-городок и тихо писал там про старуху Изергиль. Был он тогда, впрочем, не настоящим Горьким, а Иегудиилом Хламидой - так он подписывал свои фельетоны и обзоры в приволжских газетах.
Но текст этот уже упущен, попал в Сеть – и из года в год перепечатывается в провинциальных газетах.
Александр Кобринский приводит пример исчерпывающего комментария к "Соло на ундервуде" Сергея Довлатова. Довлатов, в частности там пишет: "Умер Алексей Толстой. Коллеги собрались на похороны. Моя тетка спросила писателя Чумандрина:
- Миша, вы идете на похороны Толстого?
Чумандрин ответил:
- Я так прикинул. Допустим, умер не Толстой, а я, Чумандрин. Явился бы Толстой на мои похороны? Вряд ли. Вот и я не пойду".

И тут-то Кобринский добавляет: «Чумандрин погиб в 1940 году на финской войне. Алексей Толстой умер в 1945 году».
Но городские легенды неистребимы, как истории о зелёных человечках. Потому что все прогрессивные люди знают, что человечки до сих пор томятся на секретной базе в Неваде, Есенина убили, а негодяи-переписчики добавили нашим учебникам лишних семь веков.
И хоть ты тряси обывателя как грушу, он, лязгая зубами, тебе скажет: «Да, поехал в Париж, стрелял в этого белогвардейца. Они не только за Пушкина дрались, а ещё за Черубину де Габриак».

Извините, если кого обидел
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 50 comments