. - В научной традиции есть некая традиция описания – верификация, предварительная апробация и многое другое, что греет мне душу. Эти традиции - тонкая, часто рвущаяся мембрана, но это единственное, что удерживает научное мировоззрение и здравый смыл от спекуляции. К тому же, если вещь не может быть изложена на понятном языке, то что-то с ней не чисто. Нет, речь идёт не о полной и универсальной доходчивости, а он определённых приближениях. И, если человек говорит с непрофессионалами, и, в обычной речи, скажем, норовит сказать «спорадически», меня это настораживает. Особенно меня веселит в этом смысле птичий язык современного литературоведения и культурологии. - Я видел разных физиков у Гордона, такими же различными были и лирики. Впрочем, больше тех, что косноязычны, да ещё они оказывались летними дураками. Сразу, кстати, видно, когда человек с умным видом несёт чушь. Как писал, кажется, Ильф - все бездарные писатели пишут одинаково. И даже - одним почерком. И ясно, что есть много учёных, которые могут быть лекторами, а есть интересные учёные, которые говорят плохо. - Но сидят перед экранами, скажем, инженеры, программисты, домохозяйки с неоконченным высшим и хронической бессонницей... И глотают - всё подряд. Как сказал другой непредвзятый человек: «Если то, что глотали у Капицы - было качественно приготовленным питательным, но немного пресным бульоном, то блюдо Гордона - это весьма сомнительный крюшон: то рыбная косточка попадется, то свиной хрящик, то - спелая дыня… Невкусно». Понятно, что в «Очевидном-невероятном» тоже хватало спекулятивных гостей-упырей - то у них тарелки подлые летали, то руины, извините, говорили. Но материалистическая цивилизация не упивалась этим, по крайней мере, на виду. - Просто, топая сапогами, пришла демократия, пришла, рассыпалась клоками, повисла повсюду – и вот, утеряна строгость стиля. А настоящая строгость стиля, как в настоящем Новом Средневековье только в монастыре. Но нет ничего тоталитарнее и противоположнее телевидению, чем монастырь. - Мне кажется, предыдущие ораторы сгущают краски. Советская наука не умерла и делать этого пока не собирается. Говорю это как держатель двух грантов РФФИ (Российский фонд фундаментальных исследований). Да, был период развала науки и поголовного бегства молодых ученых в коммерцию или за рубеж, но теперь понемногу проходит. Что касается Гордона: ну, форма - ладно, это просто дань моде. Полутемная комната, таинственное бормотание посвящённых. Не хватает только пыльных реторт и черепа на столе. Плохо другое. Гордон не может (или не хочет) отличить настоящего ученого от сумасшедшего или трепача, и потому содержание передач порой вызывает веселое недоумение. Это у меня. А домохозяйки либо считают всю эту муру истиной в последней инстанции, либо с негодованием переключают канал. Таким образом, передача Гордона играет негативную роль, забивает мозги и подрывает доверие к науке и её представителям. - Почему-то припомнилась странная полуночная передача «У Гордона» полуторагодовой давности, в которой Капица старательно рисовал демографическую кривую и обосновывал изменение возрастных приоритетов. И где-то на грани сознания, промельком слова о том, что сейчас невозможно математикой описать будущее, потому, что функции описаний сплошь состоят из сингулярностей – шаг влево, шаг вправо и уже другое решение. - Конечно же на краешке стола должна лежать почему-то не запрещённая книга С. Кара-Мурзы «Манипуляции сознанием» и листочек со странной записью корявым почерком: «Ежегодные Сократовские чтения в Старой Руссе»... Извините, если кого обидел