История про разговоры (LII)

- Иногда происходит странное. Один мой приятель, преуспевающий бизнесмен от полиграфии вдруг занялся вокалом - он пел давно, а тут стал брать уроки у дорогих учителей, потихоньку перевёл дело на компаньона, и в итоге стал петь в одном небольшом музыкальном театре на одной большой театральной площади. Пострижёт с утра купоны, а с вечера попоёт. Впрочем, я мало чему удивляюсь.
- Дивная история. Просится в книжку назидательных рассказов для юношества. Как-нибудь надо написать такую.
- Не то слово. Но одно дело - совладелец конторы по изготовлению визитных карточек, накопивший на джип, а вот другое - если бы Ходорковский запел... Он, наверное, запел бы как Джальсомино, рухнули бы стены темницы, ну и понятное дело, всё пошло бы на лад...
Впрочем, про Джельсомино уже написали.
- Нет, мне все-таки больше нравится изготовитель визиток. В Ходорковском есть что-то парадно-неестественное. А изготовитель визиток прямо просится для морали.
- Надо посмотреть, чем дело кончится. Может, его из хора выгонят - непонятно, какая из этого мораль.
- Ну, книжки для юношества не обязаны следить биографию. Там бинарные оппозиции - "был-стал". Через труд и желание, естественно.
- А вот и нет. Нет более уныло-кодифицированной продукции, чем порнография - в том числе и порнографическая проза. Я довольно долго её читал, и даже писал по её поводу учёнтруд.
- А если её лабает графоман? Причем без единого задатка?
- А всё равно. Это как понятие кулинарии как искусства. Есть графоманы в столовых, циничные драмоделы в Макдональдсе и Мандельштамы шашлыка и Омары Хайямы плова.
Фишка в том, что порно в буковках должно сортироваться - то есть соответствовать выбору потребителя. То есть инцест - инцест, а заявлена группа - так группа, а инцест + групповуха - так уж не обмани.
Во-вторых, порно в буковках часто обслуживает мании - например, желание пережить (или поучаствовать в изнасиловании). Впрочем, надо написать об этом отдельно.



Извините, если кого обидел