Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про ностальгию (II)

В «Праге» довольно много, почти избыточно много персонажей. В том-то и дело, что всякий человек средних лет узнаёт в них своих друзей юности. Вини-Пух, Пиглет, Кролик, Крошка Ру, Кенга, Тигра – все они описывают любую компанию.
Роли, разыгранные нашими друзьями повторяются – успешный циник, несчастный возлюбленный, хулиган, изгой, недотрога – такое впечатление, что люди ходят со значками на груди.Экономический консультант, журналист, гомосексуалист, преподаватель, сотрудница посольства (до конца не понятно – работает она на ЦРУ или нет) - как не крути, герои романа – граждане победившей в последней войне Америки.
Там на последних страницах замаячит новая война – уже в Заливе. И теперь, в новом веке надо объяснять, что это была первая война в Заливе.
Они виртуальные солдаты армии победительницы.
Причём, родившись в 1966 или около, они - ровесники тех, кто закончили советские институты в загадочное время, именовавшееся Перестройкой.
Поэтому особая ценность Филлипса в России у поколения тех, кто полностью успел сформировался при Советской власти, а потом увидел иной мир без аннексий и контрибуций. «Потерянность» этого поколения в том, что в предыдущий мир был общим для многих, а теперь распался на множество персональных – это предмет рефлексии и будапештских американцев.
Второе достоинство в том, что Филлипс набил текст множеством историй – из разных времён, и совершенно непонятно, какие из них правдивы, а какие рождены на ходу.
Центральная Европа – одно из самых загадочных мест Старого Света. Недаром массовая культура готова считать, что там живут драконы и люди с пёсьими головами. Не говоря уж о трансильванских кровососах. Для Венгрии дело усугубляется двумя десятками падежей и хитрая жизнь глагольных приставок.

Но венгры у Филипса рассказывают о своей истории причудливо, будто играют по правилам американцев, придуманными на веранде будапештского кафе. Игра в том, чтобы мешать правду с ложью в рассказах.
Так, все истории венгров, рассказанные американцам – что диалог:
- Морозы…
- Нате вам: розы! Возьмите.

То есть, пространство города и страны есть, но Филлипс всё время намекает, что оно придумано, но отличить выдумку от подлинной истории невозможно.
Поэтому Будапешт оказывается не реальным городом, а чем-то вроде Праги Майринка – пучком мифов в вазочке. Единственное, в чём неправа аннотация, так в утверждении «Книга для «золотой молодёжи», любителей гламурных психотриллеров». Понятно, что жизнь выкручивает руки авторам аннотаций, но всё же главный адресат на самом деле - рефлектирующий интеллигент, которому в момент падения Берлинской стены было чуть за двадцать, а сейчас - ближе к сорока.
Это книга о ностальгии.



Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments