Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Category:

История про рождения героя (II)

Брат, связанный со Штирлицем, помог ему устроиться в музей «Пергамон».
Плейшнер сидит в «Пергамоне», знаменитом музее, в отделе Древней Греции. Он разучился спорить, и жизнь его законсервировалась. Штирлиц назначал там встречи своим агентам, а потом вместе с профессором ходит по залам.
Плейшнер уже знает, что будет смотреть Штирлиц - «Мальчика, вынимающего занозу», Цезаря и античные маски. Но не знает он, что Штирлиц, вернувшись домой, в ванной, тренирует гримасы смеха, радости и гнева – подражая этим маскам.
Вот и вся история нашего героя, вплоть до момента, когда к нему придет давний знакомый штандартенфюрер СС Штирлиц.
Это будет грустная история.
Это история маленького человека в большой драке. Когда паны дерутся, у холопов часто не просто трещат чубы. Ими, холопами заваливают поля, и иногда даже не роя для них могилы. Маленький человек иногда хранит иллюзию, что ввязавшись в это броуновское движение движется по своим собственным законам.
Есть редкие случаи, когда маленький человек оказывается хитрым и изворотливым. Он обращает себе на пользу кровавую сутолоку истории. Он превращает силу обстоятельств в свою силу, и когда на улице начинается дождь, он идёт между струй.
Был такой советский политический деятель, которого не расстреляли ни в 1918, ни в 1937, который пережил нескольких вождей.
Но это иная история – история перерождения маленького человека в большого.
С Плейшнером история другая.
Мы воспринимаем маленького немецкого профессора не через книгу, а через фильм. Есть такое неприятное слово – «культовый». Фильм стал называться культовым, а Плейшнер стал героем анекдотов.
Он пример нечаянный, неосознанный. Это маленький испуганный человек, который начал играть в большую Игру.
И лицо Плейшнера становится мучнисто-белым, когда Штирлиц начинает говорить о том, что маньяк сидит в бункере и смотрит кино.
- Как только меня ударят плетью, я скажу всё, - говорит Плейшнер. И добавляет:
- Но вы можете положиться на меня во всём.
Надо сказать, что герои «Семнадцати мгновений весны», образуют замкнутое мифологическое пространство, связное и функциональное. Они похожи на героев Александра Милна, в сказочном лесу которого Винни-Пух, Пятачок, печальный ослик, Сова и Кролик, Тигра и семейство Кенги заполняют, кажется всё мыслимое пространство архетипов.
В «Семнадцати мгновениях», что проросли в народном сознании как самодостаточный миф, все персонажи архетипичны – Шелленберг как версия Мюллера, Мюллер как версия Шелленберга, радистка и Холтофф, чья главная функция – подставить голову, и среди них – Плейшнер как кажущаяся трагическая версия пастора Шлага.
И над всем этим кукловод Штирлиц, будто могущественный Кристофер Робин.
Плейшнер, разумеется, играет роль ослика Иа-Иа, но печального, бессловесного. Его, несущегося по военной реке, никто не спасёт. Все вокруг играют в «пустяки».


Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments