Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про Быстернака (II)

В общем, всякому понятно, что "Пастернак" - программная книга.
Это способ говорить о поэзии, о времени и о себе.
Пастернак, как и все русские поэты ХХ века никем, от филолога-исследователя до простого читателя не может восприниматься отдельно от времени. Сталин и Хрущов болтаются на ногах у поэзии, как чугунные шары на ноге у каторжника. То есть, "назначения" и "снятия" поэтов, аресты и тюрьмы - всё это как обязательный корпус сносок в академическом издании.
Вот что пишет Быков:
"Каждый биограф Пастернака задается вопросом: почему его все-таки не репрессировали?
На этот вопрос есть множество рациональных ответов и один иррациональный, но, кажется, единственно верный. Рациональные мы уже разбирали, и все они не универсаль­ны: Сталин губил людей куда более популярных и несрав­ненно более лояльных, чем Пастернак. И более смелых. И никак не менее талантливых. Не говоря уж о том, что евре­ев, выбравших ассимиляцию, «попутчиков», воевавших с РАППом, и литературных знаменитостей, олицетворявших для заграницы советский либерализм и культурный ренес­санс, среди арестованных тоже было довольно.
Заболоцкий был похож на провинциального бухгалтера, Мандельштам суетливостью напоминал еврейского портно­го. Пастернак был похож на поэта — слишком похож, как и Ахматова; этим, и только этим, можно объяснить их непри­косновенность. Обоих травили, у Ахматовой погубили двух мужей и едва не погубили сына; но взять их не смогли — по­тому что в крови у всех без исключения людей живет перво­бытный трепет перед жрецом; а у архаичных натур этот ру­димент еще сильнее. Через это переступить не мог никто — даже Хрущев, которому вообще-то не было свойст­венно уважение к печатному слову. Травить — да, но уничто­жать — нет. Даже Мандельштама Сталин предполагал внача­ле «изолировать, но сохранить».
Возможно, Пастернака спасло то, что он сознательно культивировал образ поэта, «бога неприкаянного»; возмож­но, просто не умел иначе себя вести. Как бы то ни было, он уцелел: Сталин как всякий профессиональный властитель отлично понимал пределы своей власти и не посягал на са­мые древние запреты".[1]


[1] Быков Д. Пастернак.- М.: Молодая гвардия. 2005. C.589-90



Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 56 comments