Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про неуверенную жизнь с электронными деньгами.

Я вот тоже прочитал "Криптографа" Хилла. Что в этой книге хорошо, так это издательская аннотация: «2020 год. Мир нисколько не поумнел, но тщательно это скрывает. Реальных денег не существует - их заменили электронные: СофтГолд, электронная валюта, которую невозможно взломать, идеальный код. Его создал Джон Лоу, первый квадриллионер на земле, великий Криптограф. Он гениален, с этим никто не спорит. И ему есть что скрывать. Выяснить, почему он лжет, выпадает налоговому инспектору Анне Мур. Эти поиски истины дорого обходятся ей, всему человечеству и самому Джону Лоу. Порой рискованно отвечать на вопрос: "О ком ты думаешь, думая о деньгах?" Завораживающий роман современного британского поэта Тобиаса Хилла о любви, деньгах и криптографии - впервые на русском языке».
Это образец хорошей аннотации – остроумной, соответствующей содержанию, и написанной по-русски. Если меня прочитает кто-то из начальников человека, написавшего это – пусть ему дадут три дня к отпуску и каких-нибудь пряников.
Единственно, с чем бы я не согласился в ней, так это со словом «завораживающий». Сдаётся мне, что этот роман просто скучный.
И вот почему: всё именно так, как говорит аннотация – идея прекрасна, не захватана ещё тысячами литераторов, как пресловутый киберпанк или грохот космических войн в пустоте. Книга-притча о деньгах, которые суть только намагниченные кусочки сплавов. Притча о деньгах недалёкого будущего, которые зиждутся только на доверии к ним, а дунь-плюнь Алиса-великан, крикни:
- Да вы всего лишь колода карт! – и развалится весь этот мир, обнулится во всех смыслах этого слова, перезагрузится и изумится. Тогда заплачут вдовы, повыгорят поля, а то и встанет гриб лиловый и кончится Земля, как спел в своё время Городницкий. Или, наоборот, возникнет какое-то новое перемешанное общество.

Но реализовано это всё уныло. Томас Хилл написал такой soft-интеллектуальный женский роман, в котором если есть незамужняя женщина старше тридцати, которую мать упрекает за отсутствие личной жизни, и если есть на пути миллионер, то вся гамма переживаний известна наперёд.
Рецепт soft-интеллектуального романа не очень сложен – несколько цитат из Т. С. Элиота (без них почему-то не обходится), да ещё монополия глаголов настоящего времени – «Она печально глядит из окна на снег. Дома у неё хорошая библиотека, и вот она листает тома с тем же количеством запятых, что и количество слов, которая она употребляет за рулём. Она курит, разглядывая косые кольца и круги, а потом спускается в кофейню с недурным бланманже, и говорит коллеге о перемене веков и путанице времён, и видит, как его взгляд тупо сосредотачивается на ноже или вилке». Это не цитата из романа, если кто не догадался. Движение героев медленно и беззвучно – как траектория рыб в аквариуме, а любовь снула и печальна.

Это мне напоминает бессмертные записные книжки Ильфа, где говориться: «Диалог в советской картине. Самое страшное – это любовь. «Летишь? Лечу. Далеко? Далеко? В Ташкент? В Ташкент». Это значит, что он давно её любит, что и она любит его, что они поженились, а может быть, у них есть даже дети. Сплошное иносказание».
Но из того, что книга не понравилась рецензенту, собственно, ничего не следует. Во-первых, он может ошибаться, а, во-вторых, кому-то именно этих свойств текста не хватало. Мы живём в свободной стране, типа того. А теперь можно сказать, что именно можно извлечь из этой книги, даже если она вам не понравилась.
Это признание того, что криптография по инерции воспринимается как элемент шпионского быта, а на самом деле унылый быт современного общества. Каждый день горожанин вводит несколько паролей. Каждый день я стучу по клавишам и кнопкам, вбивая цифры и буквы – в телефоны, компьютеры и банкоматы. Есть люди, у которых количество паролей доходит до сотни.
Раскрой их – и попрыгают люди из окон, зальют ванны кровью.
А довести город до безумия можно даже ничего не расшифровывая - просто отключив канализацию.

Следующее наблюдение, которое можно сделать, это то, что криптография в литературе находится в положении чёрного ящика, колдовства, познать которое невозможно. Если Стивенсон в своём «Криптономиконе» ещё делал какие-то общеобразовательные экзерсисы, то Хилл тут, покривлявшись на первых страницах, завязал с этим делом. Нечего соперничать с поэтикой глаголов третьего лица настоящего времени.

Криптограф как специальность обрастает подразумеваемыми деталями, будто новый русский «Мерседесом», цепью и красным пиджаком.
А вот ещё подождите пару лет – так на поле криптографии придёт топтаться огромное стадо массовой культуры. Приведут и посадят перед дешифратором нового Маевича, что жадным взором посмотрит на Лидию, полная грудь которой будет волноваться, а упругие выпуклые бедра - дразнить своей близостью. И, не помня себя, Маевич остановит пружину, прижмёт Лидию к груди, и все заверте...
Мир не поумнеет никогда.
Это тоже цитата была, если кто не догадался.

Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 33 comments