Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Category:

История про Автора.

С ночи, напившись Абсенту, размышлял о роли Автора. Собственно «Автор» – одно из ключевых понятий в культуре. И автор совсем не то что «писатель» в традиционном понимании. Причём судьба Драматурга очень интересна, если по его пьесе ставится фильм, часто роль Автора от драматурга, превратившегося в сценариста, переходит к режиссёру. Мало кто знает сценаристов знаменитых фильмов. Зритель массового или ещё интереснее – массово-культового фильма запоминает актёров и режиссёров. Сценарист буквально остаётся за кадром.
В литературе автор книги существует только в обобщённом виде. А уж Автор массовой книги – это тот, кем эта книга подписана, а вовсе не тот, кем эта книга написана - задолго до Дюма существовал институт литературных негров. Имена их безвестны – за редкими исключениями. Имена их нанимателей сохранила история литературы.
Автор в массовой литературе – прежде всего торговая марка. Это и коллективный псевдоним, что живёт сплошь и рядом, и иногда - имя организатора производства валовой печатной продукции. Например, количество названий книг, выпущенных Барбарой Картленд – несколько сот, почти тысяча. (Я читал штук двадцать - "в розоватых брабантских манжетах, не отстёгивая сабли, она достала таинственное письмо из лифа"). Это почти тысяча именно названий, то есть это разные книги. Другое дело, что это типовые, как панельное домостроение любовные романы, часто с уклоном в историю, однотипные, простые, дающие читателю вполне предсказуемые ощущения. Но этот коммерческий процесс не может обслуживаться одним человеком – требуется аппарат, то есть группа продвижения литературного товара на рынок, то есть система литературных агентов, юристов…
Начинает функционировать группа помощников – секретарей, внутренних редакторов, переписчиков, людей, собирающих информацию в библиотеках и поставляющих тот самый исторический колорит, который в любовных романах выглядит как пакетик специй, вложенный в однотипные упаковки китайской вермишели. Именно этот пакетик и создаёт покупательский интерес, отличающий «вермишель с грибами» от «вермишели с курицей». Я очень люблю это сравнение - мне кажется, что оно описывает идеальную конструкцию масскульта - стандартная лапша, и пакетик колорита.
Итак, Автор превращается в торговую марку - на рынок выходит не книга, содержащая на последней странице длинный список производителей, похожий на медленно плывущие титры в конце фильма, а книга, имеющая на обложке одно имя. В этом смысле «Братья Стругацкие» не два писателя, а один.
Сотрудники Автора могут не только собирать материалы, вычитывать текст и расшифровывать надиктованные Автором магнитофонные кассеты, но и сами писать фрагменты текста, а то и всю книгу. Этика коммерческих отношений уже снимает плёнку унижения с понятия «литературный негр», это становится работой. Понятно, что марки бывают разные - иногда Автор отвечает за конечный результат – текст, если он относится к нему придирчиво, как «Мак-Дональдс», к своей майонезной и булочной продукции – это одно. Если фабрика поставляет продукт некачественный, если её руководителя не смущает, что к стандартизированному мясу добавилась кошка, свалившаяся в мясорубку – тут дело другое. То есть, на рынке присутствуют как «Запорожцы», так и «Мерседесы».
Но в жизни Автора есть и иное обстоятельство - в масскульте происходит настоящая гибель автора. Это именно «гибель автора», а не «смерть автора», чтобы не путать с известной статьёй Барта шестьдесят восьмого. По Барту, смерть автора заключается в том, что текст не имеет единственного автора, состоит из ссылок, а авторство коллективно. Действительно, настоящий Автор появился в литературе только в Новое время (в Средневековой литературе главным автором был Господь Бог), но теперь Автора действительно убивают – убивает его в основном технология.
Смерть происходит в тот момент, когда эстетика серии начинает довлеть над коммерческой маркой Автора. В тот момент, когда покупатель, потребитель массовой литературы, делает свой выбор, основываясь на марке серии (издательства), а не Автора.
В издательстве «Радуга», уже много лет издаётся так называемая «белая» (по цвету обложки) серия любовных романов. Это классический проект издательства «Арлекин», известнейшего мировых издательств, и представляет собой стилистически выдержанную, лишённую брутальности серию, основанную на историях любовных отношений героинь англо-саксонского типа. Так вот, в этой серии для читателя абсолютно не важна фамилия Автора, проставленная на книжке, а важен логотип издательства и легко узнаваемый стандартный переплёт. К тому же, каждая книжка серии снабжена номером, и диалог у книжного развала происходит почти как в известном анекдоте об историях по номерам:
- Вам какой номер? 130?
- Нет, 130 у меня уже есть… И 131. 132, пожалуйста.
Это и есть нефилософское, а вполне реальное исчезновение автора, поскольку имена авторов этой серии можно вполне поменять местами. Автором становится издательство. В массовой культуре псевдоним, как нигде заменяет реальное имя Автора.
Поэтому Мерлин Монро – навеки Мерлин Монро, а не Норма Джин Бейкер Мортенсон, Мадонна так и остаётся для потребителя Мадонной, хотя бы и он знал, что её зовут Мадонна Луиза Вероника Чиччоне.

Извините, если кого обидел.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments