Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про пальму, белку и фотографа.

Однажды, давным-давно, когда вода была мокрее, а сахар был слаще, некоторых студентов возили на археологическую практику. Студенты ковырялись в сухой и жаркой земле Тавриды, пили бессмысленное розовое вино и гуляли по набережной. По набережной так же фланировала публика. Эту картину точно описал хороший писатель Коваль: "Прогулка по набережной без всякого сомнения, - всегда любопытна. Вот курортные молодцы шастают взад-вперёд, глазами излавливая девиц. Да немного ныне на свете девиц - так, не поймёшь чего шандалит по набережной - и недоростки, и переростки, и откровенно поблёкшие бляди". К этому, правда, Коваль пририсовал ещё рисунок с автографом: "Вот и девки, ждущие женихов. Такие, однако, толстопопые".
Публика на набережной время от времени фотографировалась, давая пропитание целой мафии нищих фотографов. Один из них был примечателен своими фотографическими аксессуарами - вместо обезьяны у него была ручная белка. Так же рядом с ним в кадке стояла помесь пальмы и ёлки. Этот фотограф всем пришедшим за фотографиями говорил, что дескать, зайдите через неделю. Учитывая, что люди часто фотографируются в последний день перед отъездом, чтобы показать на далёком севере знакомых толстопопых и не очень девиц, а так же, чтобы иметь под рукой свидетельство уже женских побед, фотограф всё же входил в положение курортников. За небольшие деньги он обещал выслать им фото по почте.
Дело было в том, что фотограф, кажется, даже не вставлял плёнку в аппарат. Отдыхающие легко забывали об отданных деньгах - они казались мздой не фотографу, а белке.
Но студенты-археологи, напившись бессмысленного розового вина, приходили к нему снова и снова. Сезон раскопок начинался в апреле, и к сентябрю, те из них, кто продолжал ковыряться в земле, приходили к владельцу белки с всё более и более толстой пачкой квитанций.
А оправдываться фотографу было всё труднее и труднее.
И вот, в середине бархатного сезона студенты обнаружили, что с набережной исчезли пальма в кадке, белка и, разумеется, фотограф.
Он покинул курортный город, славящийся лечебными грязями, и ушёл по широкой дороге идущей через степь. Я так представляю себе эту картину - плоское пространство до горизонта, пусто и безжизненно, освещено закатным солнцем. По дороге бредёт человек с пальмой на спине, а рядом с ним бежит, быстро перебирая лапками, позванивая цепочкой, унылая белка.
Мне печально и горестно. Мне хочется отдать отсутствующие у меня деньги фотографу. Ну, и белке, конечно.
Но история эта растворилась в прошлом. Её черты смыты рекой Летою, иначе называемой Салгир. Белки ушли в ту страну, где не вырублена винная лоза и молоко продаётся в пирамидальных археологических пакетах за шестнадцать копеек.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments