…Знаменитейший некогда бомбовоз, господа. Личный Его Императорского Высочества Принца Кирну Четырех Золотых Знамен Именной Бомбовоз «Горный Орел»... Солдат, помнится, наизусть заставляли зубрить... Рядовой такой-то! Проименуй личный бомбовоз его императорского высочества! И тот, бывало, именует... А. и Б. Стругацкие. Мы забыли титулы прошлого. Понятно, что людей, видевших убиенного Государя императора в наличии нет. Но вот титулы недавнего прошлого – куда подевались они? Немногие нынче могут правильно титуловать Генерального секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного Совета СССР Леонида Ильича Брежнева. Один норовит что-то выпустить, другой назначит его Председателем Совета министров. Должность, кстати, знавшая множество примечательных имён и отчеств. Да что там титулы – мы забыли отчества, забыли отчество Виссарионович, и отчество Ильич. Загадочная станция Ерофей Палыч на Транссибе утеряла биографию своего героя. От жены Аввакума осталось только отчество - Марковна. Бродский говорил о том, что свобода начинается тогда, когда забываешь отчество тирана. Понятно, что имел в виду Иосиф Александрович, но интуитивно ясно, что в России может быть один Фёдор Михайлович и один Александр Сергеевич. Русская традиция Имён и Отчеств не ограничивалась Брежневым. Писатели были также тиранами высшей категории, их отчества-титулы провалились куда-то вместе с нашим Отечеством на четыре буквы. Но очень часто человеку хотелось освободиться не только от персонажей современности, но и от необходимости знать и употреблять в разговоре Лаврентия Павловича и Лазаря Моисеевича. А западному человеку - что Лев Николаевич скажи, что Фёдор Михайлович. Ему что твёрдый шанкр покажи, что мягкий. Он никого по отчеству не угадает. У него свобода в кофейной чашке, у него память коротка, как жизнь пластиковой упаковки, у него отчества нету. Отечество у них такое.