March 18th, 2020

История про то, что два раза не вставать



Стал ночью писать про писателя Лимонова скорбное слово для сайта.
Но как-то быстро себя одёрнул, а то обнаружил, что у меня пол-ленты уже выступило в жанре "я и покойный".
(Кстати, я так думаю, что писатели нам для того и даны, чтобы так о них рассказывать, и ничего зазорного тут нет. Хуже всего, когда человек стесняется кого-то ругать, если прошло достаточновремени, и его нынешние друзья не одобрят злой правды, или стесняется сказать слово благодарности, когда чувствует, что окружающие теперь его люди будут морщиться).
Но не в некролог же это тащить, поэтому подробности я оттуда вырезал. Кто хочет, может сходить по ссылке в конце.

Связано оно было со странным временем, когда, я, как сыч, в одиночестве проживал в иностранном городе К.
Случайным образом мне попала в руки книга "Дневник неудачника", и я обнаружил странное сходство своего быта с бытом будущего писателя Лимонова в Нью-Йорке. Именно в тот момент, когда Лимонов ещё был разнорабочим, а не писателем.
Это было очень давно, и между нами был разрыв во времени, но, как у Лимонова, у меня появилась шёлковая рубашка.
Как Лимонов, я постоянно думал о женщинах.
Как Лимонов, я постоянно общался со всякой швалью – не то, что из Третьего, а из Четвёртого мира.
И уж совсем лимоновщиной было то, что я никогда не запирал – ни дверь, ни окно своей комнаты на минус первом этаже.
Несколько людей мне в голос рассказывали, как Лимонов шил перед отъездом в Америку хорошие штаны, таскал что-то и приколачивал. Мария Розанова при мне говорила, что Лимонов, заехав в гости, между делом разобрал весь хлам в подвале их с Синявским дома-издательства. Правда, тогда я не знал, как потом жил Лимонов, а черпал сведения из прекрасной книги «Записки неудачника». Последующие книги были невпример хуже. А с самим Лимоновым я познакомился позже.
Но я тоже починял утюги, доводил до ума компьютеры (персональный компьютер был тогда не сложнее утюга, но, впрочем, как раз тогда европейский утюг начал становиться умнее нашего компьютера «Микроша») и поставил программное обеспечение одному лоботрясу, что тогда казалось подвигом.
Но я подвожу, собственно, к одной истории. Лимонов, опять же, писал, как случайно услышал слова Барышникова у себя за спиной. Кто-то спросил Барышникова о Лимонове, и тот, не заметив стоящего рядом фигуранта, сказал:
– А, это ещё один русский...
Но Лимонову и не снилось, что про меня сказали. С эмигрантами я не общался, но через какое-то время,
всё же познакомился.
Выйдя из гостей и попрощавшись на Барбароссаплац, один из них, думая, что я уже его не слышу, и отвечая на чей-то неслышимый вопрос, произнес у меня за спиной:
– А-а, это один хуй...
Вот это было здорово. И Лимонову на зависть. И всё верно.
Хуй.
Один.
Ни убавить было, ни прибавить.

Ссылка, если кому интересно, http://rara-rara.ru/menu-texts/razdrazhitel

Извините, если кого обидел