February 3rd, 2013

История про то, что два раза не вставать

***

– В чём, на ваш взгляд, состоит задача рецензента?

– Это вопрос вроде «В чём состоит задача жены». Ведь рецензенты тоже разные. Я как-то написал несколько статей про рецензирование, но они не под рукой, равно как и ссылки на них, поэтому я отвечу кратко.

Есть рецензент, пишущий рекламный текст – его задача заставить потребителя совершить покупку.

Есть рецензент-развлекатель, его задача развлечь читателя остроумием своих формулировок, рекламировать продукт не его задача, он должен обеспечить потребителю времяпровождение.

Есть внутренний рецензент, его задача дать понять коллегам, что, чорт побери, мы можем сделать с этим продуктом и куда его совать.

Есть рецензент-писатель. Ему плевать на издание и продукт, ему важно выкрикнуть, что у него наболело, а ничего, кроме рецензий не печатают. Его задача написать свой текст, но так, что внешне будет напоминать рецензию.

– Как написать нескучную рецензию?

– Для начала надо понять, должна ли она быть нескучной. Вот я писал много внутренних рецензий, а так же внутренние отзывы на разных премиях. Там никакой патетики не надо было – нужно было скучно и просто донести простые мысли – например: «рассказ №1 был опубликован десять лет назад, рассказ №2 точная копия текста под таким-то названием, опубликованного пять лет назад...» – скучно, но заголовок всего этого – «рецензия». Это нужный и нормальный формат – в своём месте.

Дальше – нужно понять, что вы пишете – вам нужно объяснить читателю, почему он должен купить эту книгу – это один путь. Хорошо оплачиваемый, рекламный.

Или вам нужно объяснить читателю, что это за книга – совсем другой путь.

Наконец, есть третий путь: создать под видом рецензии политический манифест (так часто делал Ленин), эссе или очерк (так делал часто Оруэлл), прозу или ещё Бог знает что. Только тогда можно понять, что значит «интересное» в этом случае.

Я вот думаю, что лучший путь (один из хороших путей, так скажем) держать читателя рецензии не в учениках, а в союзниках: смотри, брат, что я нарыл, по-моему, это интересно.

Тут главное не обожествлять свои знания – а то рецензент начинает глумиться над стилем – бац! – а это он прочитал Андрея Платонова, он просто Андрея Платонова раньше не читал, и стиль ему не привычен. Или хочет человек свою образованность показать, придерётся к ошибкам, скажем у Мандельшама (у него их, кстати, много), но в итоге Мандельштам останется сам собой, а рецензент – в неловком положении.

Я специально только мертвецов, между прочим, упоминаю.

 

***

– А вот если мы с Вами лет восемь так или иначе общаемся в жж, то мы можем разик посидеть за бутылкой?

– Смотря, что мы под этим понимаем. Во-первых, я сейчас не употребляю алкоголь, и вряд ли ради этого случая изменю старообрядческой привычке. Во-вторых, есть довольно много способов бессмысленного времяпровождения даже среди старых друзей. Я, кстати, очень переживаю по этому поводу.

В разных встречах, даже с незнакомыми людьми, удача улыбается тем людям, которые придумали какое-то дело – пошли в баню, на охоту, принялись вместе варить плов, собрались вместе обсудить книгу (Я был свидетелем, честное слово, как в 2010 году люди собрались обсудить книгу, и тут такое началось, что я понял, отчего не сервировали ножи). Я напрасно, конечно, говорю так много, потому что я вовсе не занятой человек. Просто рассуждение о смысле – сейчас мой пункт.

– Восемь лет – мини-жизнь, я в ней младенец – какие встречи за дринком (даже если бы мне хватило смелости). А у Вас здесь театр стихийно получается.

– Отчего ж младенец? Да и смелости тут не надо. Для встреч нужен смысл – например, я любил жанр интервью – потому что он позволял встретиться и поговорить людям разных социальных, интеллектуальных или каких угодно групп. (Правда, я очень не любил расшифровывать магнитофонную плёнку). Но теперь интервью стали проще – все (и я, и те, кто меня о чём-то спрашивает) просто пишут вопросы по почте, и по почте получают ответы.

Увы, люди охотнее всего встречаются за едой.

Довольно мало людей могут позволить себе позвонить кому-то и сказать: «Давайте встретимся – мы на Пироговском водохранилище будем с друзьями красить нашу яхту и жарить шашлык» – хотя это, по-моему, очень интересно. Я бы поехал.

– Готовы ли вы ответить на семь-девять вопросов интервью по электронной почте для одного из рейтинговых блогов ЖЖ? Если да, то дайте адрес, пожалуйста.

– Это хороший повод для разговора об интервью вообще.

Во-первых, я, конечно, могу ответить на «семь-девять» вопросов, если уж совершенно безвозмездно ответил тут на три сотни, а среди них было много дурацких. Отчего же нет?

Во-вторых, я очень люблю интервью посредством электронной почты (или в коментариях): я сам взял множество интервью и знаю, как отвратительно заниматься расшифровкой звуков человеческого голоса. Да и то, если текст будут читать (а не слушать или смотреть кого-то), логично записать его, поправив, к тому же, опечатки.

В нашей стране деньги за интервью получает человек, что задаёт вопросы, а не тот, кто даёт ответы (Впрочем, со мной бывало по-разному). Для отвечающего это реклама, для кореспондента электронное интервью – лёгкий хлеб, а для издания – способ наполнить страницы. Налицо некоторый симбиоз – но понятно, что если бы меня спросил что-нибудь из The New York Review of Books – то мне один интерес, а если с портала «Грудное вскармливание» – другой. И тут мы подходим к самому интересному.

В-третьих, это очень смешной образ «один из рейтинговых блогов ЖЖ». Образ могущественного средства массовой информации, очень значительного оттого, что оно «рейтинговое». (Хотя в рейтинге посчитаны абслолютно все блоги). Понятно, что напиши мне совершенно неизвестный вежливый человек, так я и ему ответил бы, но желание что-то от меня узнать «рейтингового блога» меня потрясло, и я возгордился.

В-четвёртых, самое интересное тут – просьба выслать адрес электронной почты. Чем-то это напоминает чукотский вирус, что извинялся и просил сначала сохранить его на диске С, а затем скопировать во все директории. Ясно, что мой адрес (как и все наши адреса и Живые Журналы) находится в три клика.

Так что, отвечу с удовольствием.

Спрашивайте-отвечаем.
....
Да вы пропали куда-то.

– Бывало ли так, что Вам надоедал ЖЖ и Вы неделями в него не заглядывали?

– Да нет, наверное. Уезжал, правда, и вполне обходился без него неделями. Но ведь дело в том, что Живой Журнал что-то вроде современного телефона – служит телевизором, кафе, и прогнозом погоды.

Он слишком разный, что просто так надоесть.

 

Извините, если кого обидел

История про то, что два раза не вставать

***

– Случалось ли Вам бывать на охоте? Не претит ли вам идея такого времяпровождения?

Да, случалось. Такая идея мне совершенно не претит – за исключением официальных охот. Как там было у Брежнева с Кастро я, в основном, знаю по кинохронике, но вот я видал чудовищные своры богатых людей с пригожими девками, что выезжают в охотхозяйство, палят в белый свет, а потом до одури пьют – вот это довольно скучно. Мне повезло – меня учил довольно умный человек, и я этих безобразий не то, чтобы миновал, но видел мало.

Во-первых, я считаю, что нужно съесть того, кого ты убил. На выделывании шкуры я не настаиваю, но съедение есть важный критерий.

Во-вторых, мне важна естественность. На архаров с вертолёта – неестественно, а вот к африканскому племени, что загоняет слона, у меня нет таких претензий. Вот хочешь поучаствовать, не прилетай на вертолёте, а живи там год, в этой Африке белым чужаком, и пусть поутру тебе в дверь хижины орут: «Эй, русский, вставай! Пора»! И ты бежишь вместе со всеми, бьют ритуальные барабаны, все орут, вождь с часами «Сейко» в носу трясётся. А потом тебе кусок слона как пайку выдают С пониманием отношусь, естественное дело.

Или там сидишь, кабана ждёшь – а кабан зверь страшный. С ним ещё неизвестно кто кого. Убили, съели, все дела. Я знаю одного писателя из Тулы, что в девяностые годы так семью прокормил – у них реально есть было нечего.
А вот эта охота богатых людей - дрянь и мерзость.

Извините, если кого обидел