October 6th, 2012

История про то, что два раза не вставать

Меня позвали сделать доклад на тему «Фантастическая литература и компьютерные игры как средства патриотического воспитания». И я его сделал. Стихи на случай сохранились, я их имею, вот они:

Во-первых, мне представляется естественным движение пропаганды в массовую культуру. Это действительно эффективно и судьба американских комиксов это подтверждает. Удивительным свойством массовой культуры было то, что в кубриках советских милиционеров и десантников висели постеры, изображающие Рэмбо, который этих десантников и убивал в своих фильмах – пачками. Если бы он, голый, вломился к ним в казарму с пулемётом, они бы попросили у него автограф.
Во-вторых, нужно сказать, что  советская пропаганда последних лет, что я застал, была ужасна. И ветераны, которых приглашали на уроки мужества, стали в какой-то момент символом обязательной скуки, а не героизма, а не  были в какой-то момент. Нет, мне рассказывали байку про одного бодрого старичка. Этот бодрый старичок  на таком уроке, предварительно выпив водочки, вдруг стал рассказывать в подробностях, как резал немецкого солдата в рукопашной, как булькала кровь, как он рвал зубами фашистское горло, и всё такое. Сначала тошнило беременных учительниц, а потом выносили обморочных школьниц.
Это, я понимаю, пропаганда. Уважаю.
В-третьих, сейчас есть спрос на патриотизм, потому что это спрос на самоуважение. При этом множество сноровистых людей оный спрос хотят удовлетворить. Сейчас вообще избыток людей, работающих с буквами. А людей, готовых за эти буквы платить - невпример меньше.
И тут есть опасность - появление креативного Левши от массовой культуры. Оный Левша, точно так же, как его предшественник (англичане упрекали Левшу в незнании наук и, как следствие - порче блохи), отвечает: мы спору нет,  что мы в науках не зашлись, но только своему Отечеству верно преданные.
В зыбком мире массовой культуры, который и так-то тяготеет к халтуре, есть опасность появления новых блох, что дансе не танцуют и ни одной верояции не показывают, зато чрезвычайно патриотичны.
Это было и при царе-батюшке, и во времена ГлавПУра, опять же, которые я ещё застал, а сейчас этому мешает единственно радостный бюджетный попил.
В-четвертых,  примитивное восприятие трактует патриотизм и его изображение как что-то военное (то есть, если много пиротехнического дыма, хрен знает, что происходит, зато потом чумазые герои стоят обнявшись). Так вот, патриотический восторг может охватить наблюдателя и от сопереживания спасению на водах, а то и вполне мирному труду. А то и от обозрения невыразимо прекрасных русских просторов, ещё не тронутых рукой человека.
Одним словом, как ни парадоксально, настоящее патриотическое искусство требует не меньше усилий, а больше.  Заменишь гордость высокомерием - душа будет неспокойна и суетна. Это как признание в любви, и относиться к нему нужно с должной ответственностью.

Чтобы два раза не вставать, вот два лекала, по которым легко написать патриотический роман.
    Послушница Лидия, сидя в своём тереме отреставрированной архитектуры,  решила ложиться  спать.  Сняв с  высокой  волнующейся  груди  кокошник,  она  стала стягивать  с  красивой  полной ноги  сарафан,  но  в  это время распахнулась старинная дверь и вошел молодой борец с наромафией Кацман.
     Затуманенным взором, молча,  смотрел он  на  высокую волнующуюся  грудь девушки и её упругие выпуклые бедра.
     - Ой, ты, гой, еси! - воскликнул он на своём странном национальном языке.
     - Ой, ты, не гой, еси, исполать тебе, добрый молодец! - воскликнула послушница , падая на грудь храброму борцу с наркомафией, и - все заверте...

Или:

     Небольшая  стройный  журавль-женщина с высокой грудью и  упругими бедрами ползал  по земле.
     Звали его по-журавлиному - Лидия.
     Вдруг из-за  угла вылетел большой белый журавль и стал подниматься в небо.  Она устремилась за ним. Простерши лапки, он крепко  прижал Лидию  к своей груди, и все заверте...

Извините, если кого обидел