June 20th, 2012

История про то, что два раза не вставать

НЕМЕЦКИЙ ПЕРСТЕНЁК


Брату Мидянину, жителю страшных московских окраин
и завсегдатю аэрационных полей



Карлсон пришёл к Малышу накануне главного государственного праздника. Праздник был довольно странный – его никто не принимал всерьёз, но все отмечали.
Нора Малыша проигрывала от вторжения нежданного гостя. Карлсон был высоким стариком в прекрасном костюме с искрой, а квартира, где жил Малыш - обшарпанной квартиркой в Озерках.
Карлсон оттянул подтяжки Малыша и в знак особого расположения больно щёлкнул ими по животу молодого человека.
Они сели за стол.
В ту минуту, когда небо вспыхнуло салютом, Карлсон сказал Малышу:
- Помнишь тот свёрток, что тебе оставил дедушка?
- Дедушка?.. Ничего он не оставил. Он в крематории работал, место там не хлебное.
- ...Свёрток. Помнишь его? Где он?
Малыш полез на антресоли за старым чемоданом и, отряхнув пыль, открыл его. Там лежал старый китель дедушки с тускло блеснувшими орденами, пакет с сушёной травой и свёрток из белой клеёнки.
- Знаешь, что там?
- Мне пофиг, - ответил Малыш. - Наверное - конопля.
- Не в пакете, глупый, - сказал Карлсон, разворачивая клеёнку - а тут, в свёртке.
Там оказалось несколько перстней, кинжал с готической надписью и тускло блеснувшее золотом кольцо.
- Потрогай, - сказал Карлсон. - Видишь, какое холодное? Твой дед много лет назад стал владельцем этого кольца, что ведёт свою историю от древних времён. Оно хранит ещё холод древних проклятий.
- И чё? - спросил Малыш нетерпеливо.
- И всё. Нужно бежать, - и в этот момент Карлсон повалил его на пол, потому что стекло развалилось под ударом автоматной очереди. Наблюдая медленное падение осколков, Малыш в первый раз не пожалел, что не вставил новые пластиковые окна.
- Нет, не к двери! Нельзя! - остановив его, крикнул Карлсон. - Прыгай в окно, я задержу их.
- С тринадцатого этажа?
- Сейчас не до суеверий. Не хочешь прыгать, так лезь по трубе. Там во дворе стоят пять чёрных джипов, опасайся их. Впрочем, нормальный человек всегда опасается этакой картины.
И Карлсон толкнул юношу к подоконнику.

Малыш шёл вдоль трассы, ночь была черна, а дорога на удивление пустынна.
Поэтому он издалека услышал треск мотоцикла.
Мотоциклист остановился рядом с ним, и когда он снял шлем, Малыш понял, что это молодая цыганка.
- За тобой гонятся пять призраков, - сказала она.
Он промолчал.
- Но в силах моего народа защитить тебя.
И она посадила его на мотоцикл.
Неделю он провёл в цыганском таборе, пока наконец, его позвали в шатёр цыганского барона.
- Малыш, о тебе уже спрашивали. Правда ли, что у тебя есть нечто, что не принадлежит тебе?
- У нас у всех есть что-то, что не принадлежит нам, - дерзко ответил Малыш, обводя взглядом шатёр, заваленный какими-то мешками.
- Ты мне нравишься, мальчик. Но всего печальнее, ты нравишься моей дочери. - Цыганский барон вздохнул. - Однако тебе придётся бежать.
Ночью цыганка отвезла его на станцию, и они целовались до самого рассвета, пока Малыш не прыгнул на площадку товарного поезда.
В Вышнем Волочке поезд остановился, и Малыш ради конспирации пересел на электричку. Билета он не брал, и поэтому дёрнулся, когда увидел контролёров. Но тут же с изумлением он понял, что один из контролёров - это Карлсон.
Выглядел он печальным. Форма сидела на нём мешковато, а сам Карлсон был будто с похмелья.
- Сынок, - начал он. Я должен открыть тебе тайну. Тот свёрток, что у тебя в рюкзаке, хранит страшную тайну. Немецкий кинжал и эсэсовские перстни - это всё ерунда. Главное - кольцо. Это Кольцо Нибелунгов. И ты должен уничтожить его.
- Бросить в жерло вулкана?
- Нет, так невозможно укротить его силу. Альберих наложил на него страшное заклятие, потому что над ним издевались дочери Рейна. А нет страшнее обиды, когда женщина издевается над стариком. Но бойся этого кольца – оно попадало к разным людям, и каждому, кто не избавился от него, было несчастье.
Вот эрцгерцог Фердинанд получил кольцо, надел на палец, и поехал отдыхать на море. И там было ему несчастье.
А однажды оно попало к маршалу Тухачевскому, и ему сразу было несчастье. Но следователь, который вёл дело маршала Тухачевского, сразу же отдал кольцо настоящему немецкому шпиону – и ему было счастье: он умер восьмидесяти лет, имея хорошую пенсию. А кольцо попало к Гитлеру. И он его никому не хотел отдавать, и было ему несчастье. А кольцо забрал Берия, и он тоже, не стал никому его отдавать, и было ему несчастье. И твоему дедушке, работнику крематория, что нашёл кольцо в пепле Берии, тоже было несчастье. Бабушка твоя, Царство ей небесное, всю жизнь его мучила…
А тебе предстоит отправиться в Москву и найти самое страшное место – Люблинские поля. Там ты найдёшь Бездну Московской Канализации. Только она может проглотить кольцо, проклятое карлой Альберихом. Ты ведь, верно, знаешь, что все те нечистоты, что производит Москва, невозможно скрыть и очистить? Так вот, давным-давно, понимая, что они отравят всё вокруг, Сталин велел прорыть особую линию метрополитена – «Метро-1933». Она была открыта раньше прочих линий, только была сделана не горизонтальной, а вела прямо вниз - туда, откуда нет возврата. А сверху над ней, для отвода глаз, были построены поля аэрации.
На этих словах Карлсон встал, оштрафовал Малыша, и исчез.

Малыш приехал в Москву и тут же продал старинные перстни. Известно, что в Москве можно продать всё.
Он отобедал шаурмой, похожей по вкусу на шаверму, и принялся искать карту. Но на всех карта вместо Люблино и Курьяново была либо наклеена реклама, либо вовсе было пустое место.
Наконец, он встретил полицейского. Тот сперва побил его, но велел прийти на то же место ночью. Молодой петербуржец пришёл и встретил всё того же полицейского, но доброго и ласкового. Тот рассказал Малышу, что хотя в стране давно придумали полицию, много честных милиционеров, преданных старой вере в закон, ушли в подполье. Они вершили правосудие тайно, по ночам. Днем они были злыми полицейскими, а ночью – добрыми милиционерами.
И этой ночью полицейский милиционер решил принять участие в судьбе Малыша.
Милиционер сказал Малышу, что попасть в Люблино можно только под землёй.
И вот его привели к диггеру, который был так стар, что оранжевая каска с его именем приросла к его седым волосам.
Диггер повёл Малыша по туннелям метро - в действующих туннелях они жались к стенам, спасаясь от проносящихся поездов, а в заброшенных они видели толпы горожан, стремящихся к приключениям. Горожане сновали по туннелям вместе с подругами, детьми и мангалами.
Наконец, они вышли на поверхность.
Кругом простиралось Люблино.
На них тут же попытались напасть гопники, и диггер юркнул обратно в канализационный люк. Малыш не успел за ним, но достал свёрток и сразу же заколол одного из гопников немецким кинжалом. Остальные с уважением похлопали его по плечам.
Вход в Бездну Канализации находился под продуктовым магазином на улице Полбина. Напоследок Малыш оглянулся. Все дома были здесь низкорослыми, даже деревья, понимая неверность почвы, стелились по ней как кусты.
Малыш сплюнул, и в этом момент перед ним появился Карлсон, на сей раз одетый в синий халат грузчика. В зубах у него была толстая папироса.
- Вот ты и добрался, мой мальчик. А не забыл про подтяжки?
- Не забыл, Карлсон.
И они начали спускаться в преисподнюю.
Сначала вниз вели честные бетонные ступени, будто на лестнице современного дома, потом их сменили ступени деревянные, а затем – стеклянные и оловянные.
Карлсон достал из кармана мобильный телефон, потыкал в него пальцем, и в сумраке подземелья задребезжала странная музыка.
- Это «Кармина Бурана», - ответил он, упреждая вопрос. - Эта музыка всегда должна звучать, когда происходит что-то важное.
И вот они оказались в огромной полости, где внизу что-то клокотало и булькало.
- Смотри, сынок, - сказал Карлсон. – Перед тобой величие человека и весь результат его жизни. Смотри, вот всё то, чем кончаются человечьи поиски смысла - тут и первое, и второе, и третье. В смысле, и компот. Ты впечатлён?
- Не очень. Не знаю, как со смыслом, но дух тут больно тяжёлый.
- Тогда доставай кольцо, не медли.
Малыш достал свёрток и, размахнувшись, швырнул его в дыру.
- Вот так, вот так, теперь ты навсегда запомнишь этот день, вернее, это будет самым главным днём в твоей жизни, сынок, - перевёл дыхание Карлсон.
И тут Малыш пнул его пониже спины, и старик полетел вниз, двигаясь так же быстро, как если бы у него на спине был пропеллер.
«Я тоже так считаю», - думал про себя Малыш, поднимаясь по лестнице. - «Запомню, ясное дело. Хороший день, чо. Но какой прок с этого кольца? Это ещё предстоит узнать, экая прелесть». Кольцо приятно холодило карман, и он верил, что приключения только начинаются.



И, чтобы два раза не вставать - автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.

Извините, если кого обидел