April 17th, 2012

История про то, что два раза не вставать

И ещё я скажу о "Шпионе" вот что.
Про двойственное положение автора сюжета я уже написал, но тут вообще довольно много двойственности. Даже Лаврентий Павлович Берия оказался тут крокодилом, сказавшим доброе слово.

Во-первых, будут много говорить о том, как книга соотносится с фильмом. Я книгу Акунина не считаю удачной, вернее, я считаю её неудачу образцовой - она, как речи вестового Крапилина - хорошо начата, да дурно кончена. Так  бывает со многими книгами претендующими на стиль: у них хорошая завязка, прекрасная экспозиция, но чрезвычайно неудачное продолжение - вплоть до финала.  А финал там сплошная буффонада. Ещё немного, и Сталин нацепит красный клоунский нос, Берия вместо Хрущёва пустится вприсядку.
Всё дело затевается ради того, чтобы заставить Сталина  поверить в миролюбие Гитлера: вот, дескать, мы заключили Договор до 24 сентября 1949 года, но вы поверьте хотя бы до 1943 - именно для этого мы с вами поубивали такую кучу народа на улицах Москвы.
Даже если делаешь комикс, куда честнее всучить шпионам в руки какой-то незатейливый макгаффин - цилиндрик фотоплёнки, пузырёк с ядом, или уж "странное стёклышко, отмычки, флакон с голубыми  шариками  и  уродливый  крючковатый стальной инструмент", как это сделала Мариэтта Шагинян (роман которой уж совершенно невозможно назвать серьёзным).      

Во-вторых,  много будут говорить, путая слова "стим-панк" и "Дизель-панк". Между тем запомнить отличие очень просто: "Стим-панк" это фильм "Wild Wild West", а "дизель-панк" это фильм "Капитан Америка" - и их все видели.

В-третьих, главным героем фильма является Москва в виде  претворённого в жизнь Сталинского плана реконструкции - со всеми своими Дворцами Советов, колоннами и вазонами. 
То есть, самое лёгкое сказать: фильм о Москве как о Метрополисе (это всё-таки светлый дневной город, а не ночной Готэм-сити).
Но это немного пробежка в рай на чужом горбу - мало кто не досмотрел до конца ютубовские ролики, копированные с фильмов тридцатых, где над Красной площадью плывут вереницы тяжёлых бомбардировщиков и проспекты режут город как  просеки.
Это интересно, как  всякая альтернативная реальность, оплаченная кровью.
Тут, правда, точно так  же как   в фильме покойного режиссёра Дыховичного  "Прорва" москва довоенная (там 1937 год на дворе) снимается то и дело в "интерьерах" Москвы  послевоенной - бело-золотого великолепия ВСХВ/ВДНХ.  Это, кстати, очень интересная тема - довольно много людей считают, что вот был вечный конструктивизм и надежды на мировую революцию, гимнастёрки с петлицами вместо погон, командиры и эмки, и вдруг война - и раз! - сталинский ампир, империя СССР, кителя с погонами и офицеры на виллисах. Это совсем не так, что не отменяет смешения стилей.
Стили меняются медленно, даже если это Большой стиль.
Тем более, что Дыховичный снимал совсем не про это (у него главными были человеческие отношения, к времени привязанные опосредованно), и к нему претензий нет.
Да к кому тут выказывать претензии?
Тем более, речь ведь идёт о феномене стиля, а он всегда побочный продукт разового художественного акта.
Нет претензий и   к конструкции мира в фильме "Шпион" с его переносными мобильными телефонами, приборами ночного видения, телевидением и прочей игрой с техникой. 
Просто именно это, город и техника этого города, материальная культура, а не шпионские страсти является главным героем фильма. Поэтому люди спорят не о чекистах, а о том, был в Москве двухэтажный троллейбус или нет.
Материальные свидетельства прошлого всегда обсуждать легче, чем уклад жизни.
Как его поймёшь? Сложно. Как прочувствуешь? Да уж и вовсе никак.
Но тут можно многое для себя понять.
Освежить знание архитектуры, к примеру.

В-четвёртых, уже начали обсуждать провал этого фильма в прокате. Я не склонен делать тут никаких выводов - не медленных, не поспешных. История помнит фильмы, недобравшие денег, но ставшие частью культурного языка, и фильмы кассовые, устойчиво вызывающие тошноту. Прямо как проверенное медицинское средство.
Но прокатная судьба "Шпиона" мне интересна - судя по некоторым отзывам, многие зрители ни к какому комиксу не готовы, а считывают фильм как реальность (оттого и ругаются на приборы ночного видения и построенный Дворец Советов - так что, типа, было взорвано? Храм Христа Спасителя или Дворец Советов? А? А!?) Тут есть забавное обстоятельство - в СССР шпионский жанр был предельно серьёзен. Оттого мои друзья детства воспринимали даже мультфильм "Шпионские страсти" и роман Аксёнова "Мой дедушка - памятник" не как пародию. Просто хорошие приключения.

Кстати, чтобы два раза не вставать, надо мне куда-нибудь записать мысли о рассказе Куприна "Гранатовый браслет".

Извините, если кого обидел