January 14th, 2012

История про то, что два раза не вставать

Ну вот и миновала череда праздников, хотя, как я подозреваю, пьяницы поутихнут только после Крещения.


Кстати, чтобы два раза не вставать: писал тут рассказ - пока не скажу про что и как, потому что связан обязательствами, да будет неинтересно.
Но вот кусочек:

Я сидел на табурете между братьями–танкистами. Танкистами–погорельцами: один теперь был лысый, судьба обошлась с ним легко, а вот история старшего брата была другой.
Он горел под Ленинградом.
Его танк вырвался вперёд, и артналёт отделил её от повернувших назад танков и соседей из батареи самоходок. Мотор заглох, и машина уткнулась опущенной пушкой в холмик. Младший брат услышал визг рвущейся брони, и на него упал командир, заливая его кровью. Потом открыли люк, и сверху он услышал голоса. Брат-танкист ждал, что сейчас кинут гранату, и это было не страшно. Значит, ничего хуже смерти не случится.
Но у людей сверху кончились гранаты и, постреляв вниз, и они ушли. Мёртвый командир жизнь своему водителю, хотя когда был живой, часто издевался над мехводом. Водитель был уже не юн, но терпел шутки своего командира, и то, что тот управлял ходом, молотя сапогами ему по плечам. Так делали все - чего обижаться.
А сейчас он, мёртвый воинский начальник, дёргался, когда в него попадали пули. Он терял присущую человеку форму, тёк как желе, но лежащий под ним мехвод был жив, продолжал дышать и глядеть одним глазом перед собой.
Уходя, люди подожгли танк, но огонь припорошило снегом, и он зачах. Танкист-погорелец вылез из своей могилы только утром, сверяя время по часам мёртвого командира. Рука с часами висела прямо перед глазами живого. Часы светились, и по большой точке, выделяющейся и неподвижной, можно было понять, где полночь. Полночь миновала, а на рассвете пружина распрямилась и, на полдня пережив хозяина, часы встали. Танкист отодвинул руку с часами от своего лица и пополз наверх.
Снег смутно белел в темноте. Броня уже остыла, и окалина мазала ладони.
Жизнь начиналась, и уже пять часов длился его день рождения.
Потом он жалел, что не взял часы – никакой мистики, просто забыл.
Демобилизовавшись, он несколько раз вспоминал эти часы.
Они с братом долго ходили по магазинам, и только теперь, наконец, младший увидел в витрине ГУМа то, что им нужно. Это были часы со звёздочкой вместо цифры «двенадцать», звёздочкой, что светилась в темноте. Старший брат тоже обрадовался, и блестящая кожа на его щеке ещё больше зарозовела.
И вот мы поехали за этим подарком.

Извините, если кого обидел