December 23rd, 2011

История про писателя Шарова и его отца

Какая-то тоска разлилась по Москве в вечернем сумраке.

И, чтобы два раза не вставать, расскажу про писателя Шарова. Дело в том, что я вчера ходил на одно мероприяте, где добрый писатель Шаров рассказывал про своего отца писателя Александра Шарова.
Перед тем, как попасть в танковый корпус под командованием дважды героя Советского Союза Бойко писатель Шаров служил в учебном полку. Там к нему относились снисходительно, потому что на весь полк, включая командира, он был единственный орденоносец. (Еще до войны его наградили орденом "Знак почёта" за участие в полярном перелёте. В этом учебном полку был унтер-офицер, понимавший толк в жизни и смерти. Он говорил: "Шаров, всем ты хороший солдат, но у тебя высшее образование, и поэтому ты затягиваешь шаг". "А еще ты, Шаров, высокий и будешь правофланговым, поэтому тебя убьют первым", говорил он так же. Впрочем, у этого унтера-философа бало еще одно наблюдение. Еще с первой мировой войны он вывел то, что интеллигенция вшивеет первой.
Потом мне рассказали история (нет, из этого надо сделать рассказ) <нрзб> "а не двенадцать. Не в одну сводку не попало".
Потом Шаров рассказал про то, как отец отбрехивался от упрёков в пьянстве. Он говорил, что окупил свою жизнь пять раз. Где-то в конце войны, в странной местности с рваной линией фронта, разведчики взяли пятерых пленных, но сами оказались в окружении. Местность была какая-то угрюмая - березняк да орешник. Патронов у них почти не осталось, хотя был "виллис". Капитан-разведчик решил пленных повесить, экономя патроны, и отходить к своим. Шаров вешать пленных не дал, они повздорили, схватились даже за пистолеты. В итоге Шаров посадил пленных позади себя и повез в штаб. Чехи и венгры сидели смирно, хотя легко могли уже в свою очередь удавить писателя-майора, что их вез. Прощаясь, они надавали Шарову своих телефонов. После войны, оказавшись проездом в Праге он позвонил по одному из номеров и - потому что его поила вся улица, дозвонившись, застрял в Праге на неделю. Он очень жалел, что не сохранились венгерские номера и сравнить чешское гостеприимство с мадьярским не вышло.
Маршал Жуков, который рассмеялся, когда Шаров ему сказал "Вы не имеете права меня расстреливать". Жукова, видимо, рассмешило, что он кого-то не может расстрелять.
А, вот ещё одна история - как до войны, Шаров-старший поехал куда-то и где-то на Каспии ему прямо на дороге встретились люди плакавшиеся на то, что у них отняли огороды.
Слово за слово - он поехал смотреть на всё это на месте. Его посадили в лодку и повезли на какой-то остров. Оказалось, что там - лепрозорий.
И он, долго ещ, будучи биологом, высчитывал у себя инкубационный период проказы.


Извините, если кого обидел