October 31st, 2011

История про ответы на вопросы

http://www.formspring.me/berezin

***

 

- Что посоветуете, при покупке курительной трубки?
- Ровно ничего - это как советы в выборе жены. Попробовать как лежит в руке, разве что.

- А Вы сейчас курите?
- Нет.
- Идеальным отцом готовитесь стать раз не курите и не пьете?
- Идеальный отец должен быть в гимнастёрке и с портупеей, и чтобы дети с разбегу обняли его, а сын прижался бы щекой к ордену Красной Звезды. Это нас убедительно показал Андрей Тарковский в фильме "Зеркало". Меня же вряд ли кто возмёт даже в неидеальные отцы, даже если я похудею.

***

- Ваше отношение к психоделикам и психоделии вообще? Ну, и заодно уж к сюрреализму в различных его проявлениях?

- Кто эти люди? Кто?

- Какие творческие потрясения вы переживали за свою жизнь?
- Просто потрясения переживал, а вот творческих что-то не помню. Впрочем... Задержки гонорара считаются?

- Какая из вещей, что вы написали, по вашему мнению удалась лучше остальных?
- Всё, что я написал - неизбывно прекрасно. Включая SMS.

- Не противно ли вам самому писать для книжных сериалов? Пошто талант свой губите?! Как же высокая литература - пропадёт без вас ведь совсем, вы, может, могли бы быть её последней надеждой!
- Ну, современной высокой литературе как-то всё равно – беда только в том, что её никто не читает. А мне всё-таки хочется быть клоуном, веселить народ, уворачиваться от гнилых помидоров – в общем, каким-то способом напоминать мирозданию о своём существовании.
Да и деления на высокую и не высокую литературу сейчас, к тому же нет. Ну, или оно зыбко.
В общем, надежд нет.
 - Вы не похожи на мизантропа. Какой уважающий себя мизантроп признается в том, что он пусть и в некотором роде, но клоун? Как такое совместить - мизантроп, развлекающий массы и очень заботящийся, что о нём скажут и как запомнят? Вы где-то точно врёте.
- По-моему, все клоуны - страшные мизантропы. Профессия обязывает - я опросил многих. Верьте мне, хоть вы и хамите.
- Хамлю, а как же. Я же ведь часть мироздания, одно из тысяч самых разных лиц, и ведь не ожидали же вы, что мироздание всегда будет только улыбаться вам? Было бы наивно. И всё-таки, быть клоуном - вам не идёт, бросайте это дело, Владимир Сергеевич!
- Улыбаться? Много лет оно дышит мне в лицо чесноком и перегаром! Речи его нечленораздельны, нос распух и вид его ужасен. О чём вы говорите?
Только красный шарик на носу и колпак с бубенцами примиряют меня с этим мирозданием и вами, как его частью.
- А мне б хотелось вас видеть совсем не таким! Чем-то вы меня зацепили, никому неизвестный, довольно-таки пыльный, пишущий к тому же отвратительное мыло для сериалов. Зацепили, вот и жалко видеть вас в клоунском колпаке с бубенцами. Вы же точно способны на большее!
- Вы просто зажмурьтесь и увидите меня в длинном плаще с кровавым подбоем, трагическим героем и страдальцем. Просто зажмурьтесь - делов-то.

- Относите ли вы себя к какому-нибудь обществу и какой характер это общество имеет? Всё-таки, вы пишете с такой манерой, да так горделиво иной раз выставляете свой ум, со снобизмом, что иной раз с ненавистью представляешь себе эдакого буржуа, светского чистоплюя.
- Я отношу себя к классу двуногих существ без перьев. Мой класс, увы, довольно сильно распространён, и это мне, как мизантропу, немного мешает. Однако я рад, что меня читают и пролетарские массы. Так и представляешь их в промасленных спецовках, с их мозолистыми руками, их тесно сомкнутые ряды, в которым нет места чистоплюям.
И проникаешься к ним любовью.

- У вас есть тысячи книг. А как насчёт музыкальных пластинок? Каких вкусов вы придерживаетесь в музыке, насколько заботитесь о качестве звука?
С пластинками дело швах – у меня нет в доме соответствующего аппарата. Хотя в одном ящике у меня есть альбом патефонных пластинок (я их думал подарить на юбилей своему другу, но к нему на дачу влезли жулики и украли патефон, так что я раздумал дарить это добро). Ещё у меня есть стопка пластинок современной зарубежной эстрады, выпущенных фирмой «Мелодия» – современной семидесятым годам.
Подозреваю, они довольно заезженные.
А так-то пластинок не люблю, «тёплый ламповый звук», подвижническая борьба с пылью в бороздках – это не для меня. Мне не хочется служить носителям и аппаратуре извлечения звука, пускай она сама послужит, Баха сыграет.

-У вас есть злопыхатели?
- Есть. Раньше думал, что нет, но всё же есть люди, у которых я вызываю биологическое отвращение. Тут, вернее, есть два типа злопыхателей - людям, которым не нравятся мои тексты (тут ничего страшного, и более того - это род психотерапии: возмутился человек, затопал ногами, заругался, швырнул книгу под ноги - и весь пар вышел. На домашних перестал кричать, сел спокойно за стол и принялся есть суп). И есть люди которым не нравлюсь именно я - вот тут уже беда. Как бы я не притворялся, всё же я печалюсь, когда кого-то разочаровываю.
Как бы я не говорил, что не хочу никого обидеть, всё равно находится кто-то, кто думает, что хочу - и обижается. Наверное в идеальном общении (которого нет) есть особая мудрость, позволяющая не обижаться, то есть даже не прощать что-то, а отгонять нарождающуюся обиду: "Тьфу, глупость какая! Прочь, прочь!".

- Березин, а по чему не Вы приглашены, а Джон Шемякин? Да Джон хорош. Кто же спорит. Но вот Вы как себе объясняете.
- Это в «Школу злословия»-то? Понятия не имею. Я полагаю, что в таких передачах гостя зовут по принципу: вот пришёл Синдершкин, он уфолог и расскажет нам про летающие тарелки, что там с ними и как. Или вот пришёл Какашкин - он специалист по молекулярной кулинарии и... Ну а что про меня сказать? Пришёл писатель - ну что в том уникального? Пелевин бы пришёл - да, событие. Не про фантастику же рассказывать или про печку на даче.

Извините, если кого обидел