September 20th, 2011

История про мелкую моторику

Синдерюшкин скептически осматривал мою мебель. Он понимал, что я буду его просить помочь при переезде. Чтобы уйти от разговора о мебели, он вдруг спросил:

– А ты пишешь рассказ про пидорасов? 

Я несколько опешил.

– Что тебе до этого? Вот смотри – буфет...

– Мне интересно. Может ты от безделья решил сменить ориентацию. Я замечаю, Вова, это по изменению твоего вокабуляра. Однажды ты, как механический попугай, стал ни к селу, ни к городу говорить слова «эпистемологическая неуверенность» – и тут же женился. А тут ты ещё каких-то мужиков хвалишь.

– Нет, с чего бы это мне менять ориентацию? Я вот тут видел красивого (даже очень красивого мужчину) и с ним подружился (нет, даже двух видел, но подружился с одним). Однако ж ориентации не поменял, и даже не помыслил о том. А что я стал говорить?

– Ты постоянно говоришь «мелкая моторика».

– А! – и тут я успокоился. «Мелкая моторика» – это, вообще-то, медицинский термин. Но у меня это слова, описывающие мелкие движущиеся детали жизни. Вот убийство, война – это большие движения жизни. И судебное разбирательство – тоже велико. А мелкая моторика – это всякие поступки. Вот на днях ко мне, как к Остапу Бендеру, привели женщину зубного техника. То есть, я понимаю, что она настоящий стоматолог, но в той фразе, сочинённой Ильфопетровым, главное было слов «Даже». «и одна даже одна женщина зубной техник». Стоматолог была женщина очень красивая и успешная. И вот эта женщина – начальница над какими-то другими стоматологами (кажется, заведующая стоматологической поликлиникой) деловая, ухоженная, в облаке дорогих духов вдруг достала из сумочки две банки баклажанов собственной закатки.

Это мелкая моторика.

Или вот я еду в поезде  с фотографом, и он мне рассказывает, что раньше был дефицит техники,  и вот тот, у кого был кардан, считался удивительным экспериментатором, прямо Сальватором  Дали каким-то.

– Что такое кардан? – спрашиваю я.

И он отвечает мне, что карданом называли  фотоаппарат, представлявший собой гармошку между подвижной панелью с объективом и подвижной панелью, в которую вставлялась фотопластинка. В нём можно было создавать причудливые искажения кадра.

Я внимательно слушаю, потому что этот кардан, знание о котором мне непонятно зачем, и есть мелкая моторика. Ишь – пластины, гармошка...

Или вот я с добрым приятелем своим Лодочником, заехал летом в усадьбу Мирковичей, а спустя несколько месяцев занялся разглядыванием буклета, что вручила мне владелица усадьбы Мирковичей. Это были работы в технике финифти, которыми занималась её дочь Юлия Кружим. Она училась в Федоскинском училище по специальности «Ростовская финифть». Так вот, на этой финифти были портреты первых лиц, Патриарх глядел дворником, а Путин – Платоновым. Среди этой финифти были уже опальные Лужков с супругой. А ещё там был «Портрет правителя ОАЭ» – непоименованного красавца, и масса нательных крестов вкупе с ладанками. «Миниатюра с портретом вашего любимого коня, победителя скачек станет достойным украшением вашего дома или офиса» – мне это очень понравилось, хотя у меня не было коня.

Конь – это иная моторика. Если б я имел коня, я б, наверно, помер. От голода.

А вот разглядывание буклета и правитель Эмиратов – это мелкая моторика. Она повсюду.

Или вот я получаю спам, который начинается со слов «Я знаю, что придет большой неожиданностью для вас, но я призываю Вас оценить эту возможность тщательно и страстно». Слово «страстно» тут – мелкая моторика.

Остальное в письме хуйня и неинтересно.




Извините, если кого обидел