October 1st, 2010

История про концы

Волгин рассказывал, что Толстой и Достоевский противоположны в описании смерти. Толстому она чрезвычайно интересна, он описывает процесс умирания подробно, будто наклонившись к телу. Достоевский, наоборот, использует смерть лишь как деталь, выведенную за скобки.  То есть, Достоевский следует пословице "На смерть как на солнце прямо глядеть нельзя".
В связи с этим я вспомнил, как Гинзбург пишет: "Мы знаем, что такие формы бытия, как дружба, любовь, доброта, как отношение к природе, искусству, к смерти, вполне обусловлены и историчны. Тынянов когда-то очень интересно говорил о том, что во времена Пушкина и декабристов смерти не боялись и совсем не уважали её. Вяземский и Пушкин забавнейшим образом описывают, например, смерть Василия Львовича, которого оба любили...
Страх смерти, говорил Тынянов, в России придумали позже - Тургенев, Толстой (у которого никогда не было недостатка в личной храбрости); страх обуял целые поколения, все возрасты - вплоть до Леонида Андреева. Потом опять пошёл на убыль.

Извините, если кого обидел.