December 11th, 2009

История из старых запасов: "СЛОВО О ПОЛЁТАХ"

 

Нас с детства учили тому, что полёт высшее благо и награда настоящего человека, что даже если отнимут у тебя ноги, если даже ты не сможешь ползать - небо, вот что единственно должно звать тебя.
Но это небо не суть Град Небесный Иерусалим, а рокот моторов и материалистическое счастье крыльев родины.
Поэтому многие предпочли другие полёты - кроткие и лишённые громкой славы.
Я давно слышал историю про мальчика и девочку, что жили в общежитии, что в Главном здании Московского государственного университета. Они обкурились какой-то дурью и решили покончить счёты со своими бессмысленными и никчемными студенческими жизнями. И вот молодые люди  вышли на лестничную площадку Главного здания, и девочка сразу же прыгнула. Мальчик тут же пришёл в ум. Но не до конца, потому как ринулся вниз по лестнице - ловить подругу. Через два этажа он опомнился, осознал высоту и прыгнул  сам.
Печаль этой love story в том, что девочка тут же приземлилась на сетку между этажами (они там предохраняют прохожих от падения деталей скульптур и прочей сталинской лепнины), а мальчик спрыгнул этажом ниже этой сетки.



лучший подарок автору - замеченные ошибки и опечатки
Извините, если кого обидел.

История из старых запасов: "СЛОВО О ПРАВИЛЬНО ПОНЯТЫХ СЛОВАХ"

 

Ослышки и оговорки - это слова несуразные. Они несуразны потому, что всё самое главное проговаривается и слышится, это не ошибки уха и не паразитное движение языка. Нет оговорок и ослышек.
Это речь сущая.
Кем-то из моих собеседников из глубин детства выужено страшное ругательство - "как плюшевый". Плюшевый как. Плюшевый пук. Страшное ругательство живёт в памяти наравне с вечным, хоть и забытым вкусом, с диким блюдом советских столовых, что звалось - какаш пареный.
В детстве, слушая строчку в песне Новеллы Матвеевой: "Сам оделся и в дуб и в металл", я от чего-то представлял себе нечто иное: "Сам оделся и в дупел метал" - и "дупел" было чем-то вроде карточной игры.
 "Летал платок там бур-мажора" - возникало вместо тамбурмажора. Причём платком никакой тамбурмажор не машет. Это высокого роста барабанщик на передовой линии.
В этом детстве сидел ещё внутри телевизора лысый странник, на папирусном бревне обплававший все моря вместе со своим приятелем, тем приятелем, что носил неприличную для русского духа фамилию. Ясно, что я думал, что фамилия лысого ведущего просто - Клубкин. И вот они, на экране - его путешествия, а за ним, следующим по популярности был Парадоксов, что беседовал со своими друзьями. И тогда уже сидел в телевизоре не знаменитый норвежец с хером вместо фамилии, а гений, Парадоксов друг.
"Надежда - мой конь под землей" получалась из земного компаса-надежды.

В одной из песен Булата Окуджавы есть строчка:

И силуэт совиный
Склонится с облучка
И прямо в душу грянет
Простой романс сверчка.

Отчего-то первая строчка превращалась в "И силу Эт-Савинны" - то есть, возникала из стихотворного тумана фея Эт-Савинна, подобная Фата-Моргане. В песнях скрипка-лиса была скрипом колеса, и чудесном трёхпрограммном громкоговорителе жила чудесная песня "Котятки русские больны". А мимо памятника тачанке-растачанке меня везли на юг каждый год.
Всё было правильно - несомненно существование Эт-Савинны и самой большой из тачанок - Растачанки.
Об этом нам рассказали Парадоксов и Клубкин.
Быть по сему.
Всё всем хорошо слышно.




лучший подарок автору - замеченные ошибки и опечатки
Извините, если кого обидел.