August 8th, 2009

(no subject)

.

Эге! А ведь абхазско-грузинский город действительно нельзя запостить в Живом Журнале. Удивительное рядом!

Извините, если кого обидел

История про разговоры СMVIII

.

- Ты понимаешь, у маленьких мальчиков есть особый возраст, когда они еще не мальчики, а ангелы. Этот возраст проходит очень быстро, буквально за несколько месяцев. И ангелы становятся мальчиками.
Ангелов легко узнать по круглым стриженым головам. У них такие особые стриженые головы…
- Да ты прям Крапивин!
- Кажется, ты меня пидорасом назвал.
- Педофилом.


Извините, если кого обидел

(no subject)

.
Чорт его знает, как меняется понятие приличия. Меня как-то спрашивали, что такое рассказ "пра сабачку" - спрашивали несколько раз и я прилежно пояснял этот мем. Но время сейчас другое, более защищённое, как ни странно, иронией.
Вот Вертинский - которого я тут слушал подряд несколько часов в дороге. Это просто безумие какое-то, как это ужасно.
При этом Вертинский существовал для нас как бы в разных, отдельных друг от друга ипостасях: символ разрешённого аристократизма, что печалится от того, что в Елисеевском нет вестфальской ветчины, и исполнитель "аристократических" ролей в кино, и автор особых песен, что стали одним из источников русского шансона.
Так вот, у Вертинского есть такая песня "Безноженька" - это вам не "Сабачка", написанная дилетантом-любителем. Это такой концентрат жеманного уныния, которому учится и учиться:

Ночью на кладбище строгое
Чуть только месяц взойдет,
Крошка - малютка безногая
Пыльной дорогой ползет.

Днем по канавкам валяется,
Что-то тихонько скулит,
Ночью в траву забивается
И меж могилками спит.

Старой забытой дороженькой
Между мохнатых могил
Добрый и ласковый Боженька
Нынче во сне приходил...

Ноги большие и новые
Ей принести обещал,
А колокольцы лиловые
Тихо звенели хорал...

Боженька, ласковый Боженька,
Ну, что тебе стоит к весне
Глупой и малой безноженке
Ноги приделать во сне.


Это, конечно, прелесть, что такое, милая Соня. (Хотя понятно, что в шестнадцатом году под эту песню плакали больше, чем сейчас (и сейчас плачут) - время такое было. Но про то, как прорастает ирония я уже сказал). Расспросить бы об этом Томашевского, но Томашевский умер давно, лет двенадцать назад и я сам гроб нёс. Всё это печально.

Извините, если кого обидел