May 27th, 2009

История про Хангридак

.
Все знают, что нас с labasсвязывают давние отношения. Однажды мы составили даже какой-то заговор и удушили современную русскую поэзию, но нас, правда, разоблачили. Оттого касательно поэтической жизни, во всём полагаюсь на его вкус. Так вот, не откажу себе в удовольствии указать, что его перевод разоблачительного стихотворения Рут Пэйдел доставляет много радости всем детишкам - почти как Новогодняя ёлка.
Комментарии к его записи тоже рекомендую.
В этой истории всё хорошо, и родство с Дарвином, и должность, на которую все метили, и тихушник-индус, которого мудрые люди справедливо подозревают, и то, что это в Оксфорде, и записки на падонковском языке.
Я, правда, вспомнил молодость, поэтесс на стойке в Хангридак и заплакал. Впрочем, кому - что.

Извините, если кого обидел.

История из дневника 1996 года

.

Время обрастать какими-нибудь литературными врагами. Нету у меня литературных врагов. Надо завести. А, может быть, я их просто не замечаю.
Какие убогие у меня враги - те, что так, не по профессии, а по жизни. По Сеньке и шапка.



Извините, если кого обидел.

История про ворованную простыню

.

А как-то я пошёл воровать бельё. Был совсем как Филле и Рулле – только я хотел украсть простыню для себя из мешков со старой одежды, что выставляли бюргеры у своих домов.

В одном мешке я обнаружил пиджак, годный для официанта из стрип-бара, в другом – рваные кожаные корсеты – видимо из задних комнат того же стрип-бара. На том мешке, в котором я нашёл простыню, была маркировка, что он отправляется в Россию.

Я обернул простыню вокруг себя, будто полковое знамя, и гордо двинулся домой по ночной Bachemerstraße. Я думал о том, что собирание плодов – исходное человеческое состояние. Поэтому, наверное, я раньше собирал марки, а теперь – собирал  старое барахло из мешков Altkleider.

Извините, если кого обидел.