May 10th, 2009

История про один дом в городе К.

.

А жила она чёрте где - совсем на другом конце города. Хищно наклонясь ко мне, спрашивала: "Ну что, будем коммуницировать?" Муж её спал на втором этаже, а мы сидели на третьем. Она клала руку мне на плечо, а я ей - на колено.
Впрочем, я научил её другому хорошему слову - "социализироваться", что значило тоже самое. В этом слове был отзвук первых декретов советской власти, тех, что можно назвать антифеминистскими, в этом слове был слабый плеск стакана воды и непереводимость.
Я не говорил на этом языке, а она говорила на разных, хотя в английском расставляя слова по немецкой привычке, загоняя глагол, будто в наказание за что-то, в конец фразы. Всё было хорошо, только вот лестница больно скрипуча.
Сначала я жалел её мужа, а потом перестал. Да, она была туповатой, взбалмошной, обманывала его, но он, однако, любил её. Любил странной любовью, такой, какой любят собаку или найденного в саду крота. Странная это была семья - муж "с сотовым телефоном вместо члена", как ядовито говорила она, и она сама - большая тридцатилетняя пизда.
Но семья была хоть и странная, но очень крепкая, а я был будто брошенный в этот пруд камень. Я булькнул, пустил круги и меня тут же забыли все.

Извините, если кого обидел.

История про высоту прыжков

.

Среди прочих странных русских книг, что я читал в своей келье посередине чужого города К., была и довольно странная, непонятно как попавшая туда книга 1953 года издания некоей Устиновой "Основные элементы русской пляски для девочек и мальчиков". В предисловии обрамлённый траурной рамкой  В. П. Ирвинг замечал: "Типическими чертами русской пляски является так же широта движений, плавность, отсутствие высоких прыжков. По наблюдениям Горького, Тургенева и других писателей, - высоко подпрыгивают лишь плохие плясуны".

Извините, если кого обидел.

История про дальнобойщиков

.
 
Итак, ездил я с дальнобойщиками. Ездил, а потом водителям надоело, что они трезвые, а я постоянно пьяный. Они пили своё пиво по очереди, а я постоянно. Тогда они попросили меня либо не пить, либо ехать поездом.


Извините, если кого обидел.