July 25th, 2008

История про декабристов (II)

.

Так вот про декабристов, которые, как совы - не то, чем они кажутся.
Есть очень интересная статья Фельдмана "Декабристоведение сегодня: терминология, идеология, методология". Название скучноватое, да текст хорош. Там есть несколько ретроспективных вопросов, касающихся общеизвестных понятий. Дело в том, что даже сам термин "декабрист" невнятен, неясно и время его происхождения. Есть много версий, которые сводятся к трём:
1. "Петербургская версия", согласно которой слово появлятся в тридцатые годы и в дневнике цензора А.В. Никитенко значится в записях от 30 января 1828 г., 9 апреля и 1 августа 1834 г. В этом есть сомения - не внесли ли это слово при родственной редактуре.
2. "Московская версия" говорит о появлении термина в сороковых годах в Москве. Она тоже зыбка.
3. "Сибирская версия", которая заключается в том, что "По мнению С.Я. Штрайха, в документах сибирской администрации термин "декабрист" употребляется без пояснений, как общепринятый. Первый известный случай такого словоупотребления фиксируется в 1841 г. Уместно предположить, что термин "декабрист" возник раньше, а к 1841 г. он уже, как говорится, обиходный. Элемент профессионального сленга сибирских чиновников. Он использовался для краткого обозначения осужденных по "делу о заговоре 14 декабря 1825 г." и делам, связанным с этим заговором".
Но тут происходит удивительное расслоение понятия. Сами декабристы спорят о том, кто из них "настоящий".
Одни считают, что "декабрист" - это осуждённый по делу 14 декабря, другие настаивают на том, что это непосредственный участник событий на Сенатской площади (или мятежа на Украине).
И тут обнаруживается уже вовсе неразрешимая сложность, потому что слова означают в разное время разное - то "государственных преступников", то "революционеров", причём само слово "революционер", вертясь как флюгер, то и эло меняет эмоциональную окраску.
Но я обратил внимание на другое: в 1914 году вышел седьмой том "Русской энциклопедии", где декабристы определялись как "участники возмущения 14 декабря 1825 г. При воцарении императора Николая I, привлечённые по поводу него к следствию (исключая нижних чинов)".
И вот тут некоторая загадка. Советская идеологическая машина не сделала ровно ничего, чтобы слить солдат, которых изрядно перебили на Сенатской площади и их командиров. То есть, и на рубеже XIX и ХХ века было понятно, что "декабристом" нельзя назвать солдата, и в СССР, раннем или позднем, этого сделать было невозможно. Но романтический советский интеллигент, конечно, не хотел ассоциировать себя с солдатом, а вот с Костолевским в лосинах - вполне ничего себе. Хотел.
Ясно, что солдаты были введены в заблуждение, и если бы те из них, что заступили на двадцатипятилетнюю службу в 1801 году, были бы в ней тогда, то не различали бы один переворот от другого. Но когда такая ясность была препятствием на пути строительства исторического мифа?


Извините, если кого обидел.

История про декабристов (III)

.
Солдат били шпицрутенами (и некоторые при этом скончались), некоторые были сосланы в штрафные роты. Ну а троих матросов, что отвели руку Кюхельбеккера, когда он целил в Великого князя, отставили от службы и дали пенсион в двести рублей.
Всего было арестовано более двух с половиной тысяч солдат (Офицеров более трёх сотен). Ясно, что солдаты были введены в заблуждение, и если бы те из них, что заступили на двадцатипятилетнюю службу в 1801 году, были бы в ней тогда, то не различали бы один переворот от другого. Но когда такая ясность была препятствием на пути строительства исторического мифа?
Множество деталей 14 декабря мифологичны – сорванная матросами Экипажа с Каховского шинель, выбитый из руки Кюхельбеккера пистолет, когда он выцеливает Великого князя Михаила Павловича и прочее, и прочее. В народном мифе всегда деталь важнее явления. Сталинская трубка важнее принятых решений, поза важнее движения. Есть такая статья А. Б. Шеншина «К анализу событий восстания 14 декабря 1825 г.», так в ней специальный раздел посвящён судьбе поручика лейб-гвардии Финляндского полка Николая Романовича Цебрикова, который не был членом тайных обществ, но, разумеется, дружил со многими будущими декабристами. Это просто было невозможно для петербургского офицера – не дружить с членами тайных обществ, да и его собственный брат был в числе заговорщиков.
Вот, начинается день присяги, Цебриков бегает по городу, и, наконец, видит Гвардейский экипаж, выходящий из-за манежа шестирядной колонной – там его брат, знакомые.
И вот он кричит что-то. «Впоследствии следователи долго выясняли, что кричал Цебриков, догоняя офицеров. По словам самого поручика, он пытался остановить экипаж словами «Карбонарии, куды вы идёте – кавалерия!» Александру Беляеву и В. А. Дивову показалось, что Цебриков кричал: «В каре противу кавалерии!» Пётр Беляев и А. П. Арбузов услышали: «К атаке в колонну стройся!» То же, но в несколько искажённом виде, услышали и матросы экипажа: «Катай, в колонну стройся!»
Потом поручик приютил на ночь Оболенского, совершенно не понимая, почему. Был разжалован в солдаты без выслуги, однако ж, после участия в турецкой кампании, в 1838 произведён в прапорщики, прощён и поселился в столице, где и скончался в 1866 году.
Судя по всему, в старости Цебриков интереса к жизни не потерял, говорил, что был рад, что попал в такую интересную историю, но мемуары надиктовал такие, что ни в какие ворота не лезли – полные таких фантастических подробностей, что историки от них отвернулись. В словаре Половцова о нём говорится: «По отзывам друзей и лиц, близко знавших его, Цебриков был человек оригинальный, правдивый, честнейший, пылкий до сумасбродства. Он очень легко поддавался мистификации, чем давал повод к шуткам над ним его друзей». Судя по всему, так о нём отзывается H. И. Греч. Так или иначе, это судьба Ноздрёва или Манилова, Хлестакова или Чичикова, что вдруг выходит из дома… Нет, это ты, дорогой читатель – это ты, ты выходишь из дому, в день, не предвещающий никаких катаклизмов, затем ты ощущаешь нечто, видишь приятелей и воронка истории засасывает тебя, будто умывальник, с громким всхлипом.

Извините, если кого обидел.