July 10th, 2008

История про сохранение

.

А вот, кстати, вопрос - не шагнула ли за последний год вперёд технология сохраниения Живого Журнала? А то мне это очень интересно.
Сначала была какая-то хрень, чуть не под Нортон (жуткое говно), потом была мода на .pdf (меня эта pdf-штуковина сохранять отказывалась, какие бы манипуляции я не проводил), потом я пиноровился сохраняться не помню чем, но, главное, там сохранялись комментраии (правда ворохом в столбик).
Не придумано ли чего нового да удобного?

Извините, если кого обидел.

История про Рахматуллина

 Два слова про поэтику и метафизику: "Зашибись Зашибись!".
Потому что вышла книжка Рустамушки про Москву.
У этой книги примечательная судьба – можно сказать, что автор писал её всю предыдущую жизнь.  Мне пришлось наблюдать, как из разрозненных заметок, из наблюдений, сделанных в путешествиях и просто прогулках, через статьи в газетах и журналах, где мысль формализовалось, из экскурсий и докладов, когда она проговаривалась и проверялась на слух, получалась - Книга. Текст этот такой же живой, как и сама Москва – в нём что-то достраивалось, переделывалось, дописывалось –  и я убеждён, продолжалось это бы по сей день. Но вот она, эта книга, перед вами.

Что это такое? А вот что – это смесь путеводителя, которым можно пользоваться в перемещениях по Москве,  книги для чтения по истории, и, наконец, философского трактата.

Мне, как и многим москвичам, повезло – мы, помня то, как автор рассказывает слушателям, стоя в каком-нибудь переулке, о метафизике места, можем слышать в строчке звук его голоса – «Метафизика Москвы» чрезвычайно поэтична. Это и есть своего рода поэма, потому что автор облекает свои рассуждения о городе (да и о прочих городах в форму именно поэтическую). Вот он пишет про Китай-город: «Китай и Китеж слиты в образе Покровского собора-города. Собор и в самом деле восстаёт как Китеж – кремль кремлей, географически сторонний неподвижный центр, - а не так, как может восставать Посад на Кремль Москвы».

Московские здания у Рахматуллина связаны со всей культурой разом – от городского камня он плавно переходит к живописи, к литературе или к национальной философии: «Творение столпа – столпотворение. Нерв этой темы в Ом, что всякое столпотворение способно оказаться вавилонским, - и в том, что после Вавилона, решимость на столпотворение есть опыт снятия проклятия Вавилона»…

Кстати, Рахматуллин со своей «Метафизикой Москвы» присутствует в коротком списке премии «Большая книга». Я не буду говорить о шансах, но если бы так случилось, ему дали бы практически за поэзию.

 

 

Рахматуллин, Р. Две Москвы, или Метафизика столицы. – М.: АСТ, Олимп, 2008. – 704 с. 5000 экз.

ISBN 978-5-7390-2078-9


Извините, если кого обидел.