January 6th, 2008

История про Тыняновскую премию

.

Когда я ругаюсь на всякие литературные премии, то надо понимать, что это всё до тех пор, пока тебе самому не дадут. Я бы ни от какой не стал отказываться – знамо дело.
Но среди нововведений последнего времени мне очень нравятся именные премии – пусть даже какое-то имя не на слуху, то это неважно – всё к делу.
Впрочем, одно из нововведений связано с именем блестящим.
Это премия Тынянова, что учередило Общества исследователей русской фантастики - впрочем, там пишут несколько нелолвко "Премия памяти Ю.Тынянова".
Но всё равно - может, какие оитературоведы и хотели бы себя тыняновской премией награждать - но тут кто первый встал, того и тапки.
Я бы оговорился: всякому фантасту, присуждающему или номинирующемуся на неё следует помнить, по крайней мере, две вещи: фразу «Не стоит писать марсианских романов» и то, (в плане общего развития), что Тынянов в своих исторических романах вполне себе фантаст.
Во-первых, в 1924 году Тынянов написал статью «Литературное сегодня», в которой (за дело) оттоптался на фантастических романах, и не только на «Аэлите», про которую писал: «Эта поразительная невозможность выдумать что-либо о Марсе характерна не для одного Толстого. Берроузу пришлось для этого заставить марсиан вылупливаться из яиц (до этого додумался бы, несомненно, и Кифа Мокиевич), выкрасить их в красный и зеленый цвет и наделить их тремя парами рук и ног (можно бы и больше, но и так две пары болтаются без дела). Собаки на Марсе тоже кое-чем отличаются, лошади тоже кое-чем. А в сущности на этом пути дьявольски малый размах, и даже язык марсиан (у Берроуза целый словарь; отдельно он, кажется, не продается) — довольно скучный: с гласными и согласными. И даже в яйца перестаешь скоро верить».
Во-вторых, фраза «я начинаю там, где кончается документ» разумеется хороша как кредо, но сам Тынянов ей не весьма прилежно следовал. Есть масса анахронизмов в его исторических романах, а уж о точности образа Грибоедова и говорить не приходится («Смерть Вазир-Мухтара» горячо мной любимый роман, однако ж он сказочен - практически альтернативная история). Но это так, к слову.
Одним словом – первому лауреату Тыняновской премии прямая забота помнить, что фантастов-современников Тынянов особо не жаловал.



Извините, если кого обидел янов не жаловал.