November 13th, 2006

История про свежего Пелевина

.

Ну, я тоже прочитал Пелевина. Гляди, Коко, это же свежий Пушкин, и все дела.
Меня удивляло то, что обнаружилось большое количество моих знакомых, что говорило "Фу! Какая гадость, вот ужас-то!".
Ну, может, кому и ужас - а так, по моему, ничего страшного.
Причём совершенно непонятно, отчего этот пелевинский текст хуже, чем три предыдущих. Более того, он как раз отточен в смысле содержания и приёмов, что употребляет автор.
И вот почему: Пелевин давно перестал быть писателем в обычном, традиционном смысле. Это я говорю безо всякой мистики - Пелевин стал глянцевым беллетристом.
То есть, технология его романов совершенно замечательная - берётся актуальная тема (в этом случае - вампиры, про которых ленивый только не писал), и примитивный сюжет (это даже не сюжет, это такие бесконечные разговоры о сущем, вроде бесед Гостинника и Морехода в классической утопии: "А как питаются на этом острове?" - "А на этом острове питаются так-то и так-то, и одевают специальные одежды для трапезы".
Так описывали быт Телемской обители и массу других сообществ), так вот эти разговоры оснащаются абсолютно понятными метафорами.
Причём именно эти метафоры и будут повторять своим друзьям прочитавшие такой усреднённый пелевинский роман.
Вот героям объясняют, что только богатый человек может позволить себе жить жизнью животного, жрать и спать, не работая. Потому что животные, если они не домашний скот, не работают. «А как же белочки?» – спрашивают герои – «Это не работа» – отвечают им – «Вот если бы белочки с утра до ночи впаривали друг другу прокисшее медвежье говно, это была бы работа. А собирать орехи - это бесплатный шоппинг».
Или в тот момент, когда герою объясняют, как нужно интерпретировать имеющиеся факты, объясняя то, отчего нужно считать, что во власти нет ни одного порядочного человека. Ему говорят: «Если девушка сосёт хуй в публичном доме, из этого с высокой степенью вероятности следует, что перед нами проститутка».
Тот с обидой отвечает: «Почему обязательно проститутка? Может это белошвейка, которая только вчера приехала из деревни и влюбилась в водопроводчика, ремонтирующего в публичном доме душ. А водопроводчик взял её с собой на работу, потому что ей временно негде жить. И там у них выдалась свободная минутка».
- Вот на этом невысказанном предположении и держится весь хрупкий механизм нашего молодого народовластия, - говорят тогда герою, подняв палец, знающие люди.
Ну, и тому подобное дальше. Что, не будут цитировать? Будут, ещё как.
Ну да, ну да, мне говорят, что роман неряшливо написан, дурно вычитан, в разговорах о Сущем есть противоречия и глупости. Но тут как с журналистикой – не бывает успешного автора одной статьи, бывает журналист, что пишет статьи изо дня в день. Огонь ведётся по площадям – и это много раз обсуждалось в ходе разговоров о современной журналистике.
То есть, конечно, немного обидно, что не инженер человеческих душ, а глянцевый журналист, печатающийся в книжном формате – что ж с того. Колумнист, острящий раз в неделю по поводу абсурдности нашей жизни – вполне уважаемый человек. И может собрать из своих колонок за год книгу. А роман Пелевина можно порезать на пятьдесят колонок и в течение года печатать в глянцевом журнале.

Но я хотел ещё вот что сказать. Тут мы присутствует при уникальном эксперименте – теперь мы поглядим, действительно влияет ли на продажи представленность текста в Сети. А то все кричали – Мошков-Мошков, пираты-пираты. Красть – не хорошо, кто спорит? Но вот как сказывается на продажах хорошо известного автора выложенные в Сети пиратские копии, будет видно именно сейчас.
Учитывая то, что представленный в Сети «черновик» романа практически идентичен бумажному изданию – в нём отсутствуют, правда, рисунки, но зато присутствуют несколько вымаранных в книжном издании эпизодов.


Извините, кого обидел