July 23rd, 2006

История про разговоры СCCL

- Субъективизм - наше все? Ладно, надоело спорить. Единственный возможный эксперимент, подтверждающий или опровергающий ваши теории - вынести рассказы за конкурсный круг, например, выпустить многотиражный сборник и посмотреть на продажи. Или набрать группу добровольцев и выдать тексты им на суд. Впрочем, я могу предсказать результат - сборник провалится (как и все сборники рассказов), читателям понравится.
- Вы не правы со сборниками. Поскольку это часть моей профессии, то я могу сказать, что некоторые сборники вполне успешны в продаже и вполне при этом многотиражны.
Читатель - существо абстрактное. Дадите читать людям, читающим Казакова и Бунина, не понравится. А дадите пресловутому замкнутому кругу - всё будет хорошо. Заметьте, наш разговор (не спор) возвращается к тому, что я сказал с самого начала. Люди нам важнее текстов. Эти тексты живут только в резервации - шаг за охраняемый периметр, так карачун им. И, мы, кажется, расходимся только в моём третьем пункте - я считаю, что этот раздел словесности не эволюционирует. Он таким и будет самопожирающим - принцип Кубертэна здесь не работает.
В абсолютное равнодушие я не верю, в нём есть кислый привкус кокетства. Да и это не дискуссионный вопрос - обиды самодеятельных авторов есть предмет моей веры. Кто же спорит о вере?
Слово "новое" совершенно бессмысленно. Это мне напоминает знаменитую легенду о поэте, что вышел к завтраку в доме творчества со словами "Написал вчера два стихотворения о любви. Закрыл тему". Так и здесь - ничего нового нет. Дело для меня в том, что эти тексты без Божьего дара. Да мне тяжело читать их - события в них мне мутны, язык - кажется стёртым как в сотнях подобных рассказов... Послания нет. Но ничего (повторяюсь) в том страшного нет - они нормально функционируют в узком круге, иногда попадают в книжку для узкого круга, и проч.
- Без Божьего дара? Забываете добавить "на мой взгляд". Или у вас есть универсальный измеритель Божьего дара?
- Ну, да. Только тогда фраза "на мой взгляд" должна ставиться и вами и мной после каждой строчки – мы её опускаем ради экономии места, будто дробь сокращаем.
Так вот, часто стрелки переводятся на защиту самодеятельной литературы и "шпаны" (как мне не нравится это название!) - и я усматриваю в этом некоторую виктимность защищаемой группы. А вопросов, между тем много. Стоит ли ставить себе высшие задачи? Или нужно ловить синиц? Стоит ли синица выделки? Подорожает ли животное масло?
Это очень важные вопросы - и среди них нет вопроса "писать или не писать". Вопрос - как это делать, и как заявлять о себе в этом мире. Вопрос стоит совершенно иначе - как жить, в чём смысл творчества и как писать, когда столько всего понаписано, как писать стихи после Освенцима, Гомера и Асадова?



Извините, если кого обидел

История про разговоры СCCLI

.

- Я никогда ни за что не буду сообщать настоящее имя, пол, место проживания, семейное положение и прочее. И если вдруг, паче чаяния, буду чего-то публиковать - только под псевдонимом, через посредника. Потому что потом начинается - а национальность? А почему вы тут о своём супруге говорите в мужском роде, а там - в женском? а на самом деле вы женаты или это тоже ваш сетевой образ? Для общения с человеком и чтения его текстов оно знать надо? Если вы без этого не можете - не читайте и не обобщайте.
- Для общения с человеком (если он не кондуктор в трамвае), я полагаю, нужно знать некоторый минимум. Иначе, пригласив в гости верующего еврея, вы попытаетесь накормить его свининой, оскорбите феминистку анекдотом, да и слово "пидорас", как мне сообщили, бывает двух смыслов. Для общения с человеком нужно что-нибудь о нём узнать. Правда, не обязательно всё. А для чтения текстов это действительно часто нужно.
Во-первых, я отчитал довольно большое количество текстов в Литературном институте, в жюри разных конкурсов и будучи редактором. Это помогает дать совет.
Во-вторых, когда совет или рецензия не нужны, то это полезно и с литературоведческой точки зрения - если автор слеп как Гомер, то можно понять лучше, как он придумывал метафоры. Знание образа жизни Пруста не вредит пониманию "В поисках утраченного времени", а его углубляет.
Другое дело, что в чтении анонимного текста есть своя прелесть - но я не знаю среди ныне живущих авторов никого, стиль кого бы я хотел отгадывать.
А с литературой прошлого мне очень сложно играть в загадки - мало кто умеет их задавать.
- Я придерживаюсь следующего мнения: "Что человек сообщил о себе, из того и надо исходить при разговоре, учитывая, что несообщённое может быть любым". Но я понял, что в России нормы несколько другие. Но: несоблюдение предпочтений гостя в подавляющем большинстве случаев не свидетельствует о отрицательном отношении хозяев к этим предпочтениям. И рассказывая анекдот о феминистках, вы ясно говорите: "вот мое отношение", а учитывая контекст, то и "вот мое отрицательное отношение".
Но в обоих случаях знать всё о человеке необязательно: достаточно соблюдать правила вежливости. Политкорректности в ее первоначальном смысле. Ее для того и придумали, чтобы можно было общаться, без бесконечной рефлексии "а что, если собеседник - чернокожая сионистка, мать-одиночка, лесбиянка-трансгендер, больная СПИДОМ?" Да ведь вы уже знаете: N. говорит о себе в мужском роде. Что еще надо? N. - мужчина. Это если вы разговариваете с N., автором. Если бы вы разговаривали с человеком, представившимся вам N.N. в женском роде, то и тогда было бы ясно, с кем вы ведете беседу. Мне кажется, что существует и право автора, чтобы его текст оценивали как текст от заявленного имени. Поэтому я и против развиртуализации.
- Ну, это я как раз вам могу объяснить - половая принадлежность (а вернее, половая идентификация) как раз сильно влияет на текст, а также на его расшифровку. Если женщина пишет текст в несветской мусульманской стране - там будут одни культурные коды, а если напишет её брат - другие. Текст может быть не хуже и не лучше, он будет просто другим. Так же с гомосексуализмом - это обстоятельство Пруста, хоть и не explains a lot, но всё же позволяет кое-что понять. Ну а с серым, серийным текстом - вы правы - всё равно. Это, продолжая Ильфа - "все бездарные писатели пишут одинаково. Даже, кажется, одним и тем же почерком". И мужчины и женщины, да.
Впрочем, я, кажется, с этой m/f идентификацией что-то задеваю, неведомую мне тайную струну - поверьте, я не хотел вас обидеть. Collapse )

История про разговоры СCCLII

.

- Разговор здорово смахивает на деление писателей и писательниц (а также поэтов и поэтесс). Я вот типично женские тексты вроде Улицкой не люблю, хотя свои читатели у них, несомненно, есть. По-моему, в тексте, не сосредоточенном целиком на личности автора, его чувствах или потоке сознания, гендерная принадлежность второстепенна. Из женщин-фантастов я, пожалуй, больше других ценю Латынину - а в ее книгах пол автора совершенно не угадывается. Кстати, большинство женщин-поэтов, если их окрестят "поэтессами", сильно обидится.
- Это давний и вечный спор. Из того, Анна Ахматова писала хорошие стихи, не следует того, что мы должны даровать ей имя «поэт» с мужским оттенком - в качестве странной награды.
Масса здравомыслящих людей много раз говорила - да, женщина - тоже человек. Ну, да. Человек. Но что ломиться в открытую дверь? У людей есть сиськи и пиписьки - что же, заставить себя не думать об этом, как Ходжа Насреддин запрещал думать о белой обезьяне?
Это спор сродни диспутам о дружбе между мужчиной и женщиной - он абстрактен и потому бесплоден. Вот я дружил с несколькими известными феминистками в Европе и России. Они всё сетовали, что профаническое отстаивание их позиции изрядно вредит самой идее. То есть, бесполого, говорили они, ничего не бывает - даже законодательство должно быть ориентировано.
Что до Латыниной (я бы, правда, уж так не идентифицировал её как фантаста) - то да, можно сказать, что это унисекс. Так и Донцова - унисекс. Вряд ли это достоинство.
Пока я не вижу примера великого литературного произведения, освобожденного от гендерной (да и от сексуальной составляющей) Если знаете - карты на стол.
- Приведите пример великого литературного произведения, да еще в прозе, да еще характерно женского. Стихи - да, много. В прозе навскидку не припомню. Не потому ли, что гендерность великой прозе противопоказана? Это как с ангелами - то ли мужики, то ли бабы, но создания явно высшего порядка.
- Мы с вами говорим о разном. Я говорю о том, что половая составляющая есть везде. И, по-моему, нет примера Большого Текста, где бы её не было. Вы отвечаете вопросом-просьбой привести текст с чисто женской составляющей. Согласитесь, это не очень удачный перевод стрелок.
Поэтому бессмысленно дальше анализировать казус "Чёрного принца" Айрис Мердок (где половой составляющей выше крыши, причём всё происходит от лица мужчины). Вирджиния Вулф была хоть и несколько помраченной, но вполне привязанной к психологии. А уж венец модерна, написанный мужчиной финальный очень женский монолог из "Улисса" и вовсе вывалится из разговора. Всё переплетено, и в этом жизнь. Но это всё не убеждает, что "гендерность великой прозе противопоказана". Это вроде как сказать "позвоночник и прямохождение противопоказаны людям". Ну, действительно, с прямохождением много проблем, но оно нам всем присуще. Можно учредить партию Ползающих и Свободных от Сколиоза, выбить гранты, написать книжек и обосновать теории - но, по-моему, это тупиковый путь.
- Все перечисленное, кроме, м.б., "Улисса", мне как-то не очень. Ну да ладно. Вам виднее.



Извините, если кого обидел

История про разговоры СCCLIII

.

- Я действительно немного болезненно отношусь к privacy и политической корректности, этим и объясняется мое поведение. Приношу вам свои извинения и прошу меня простить, если я вас обидел: я никак не собирался вступать с вами в спор, но, поясняя свои реплики, неожиданно проявил большую горячность, чем приличествует.
- Начнём по порядку: Во-первых, если я пригласил человека, и он внезапно обнаружил, что съел что-то не по Завету, он может расстроится. Пояснение у вас не вышло - интонация здесь не при чём.
Во-вторых. Вы правильно поняли - можно смеяться над чужими и своими недостатками, но считать себя при этом неплохим человеком. Я вот часто рассказываю о том, что я попал в неловкое положение, или выглядел смешно. И что же?
В-третьих, и тут я с вами соглашусь. Феминизм не сводится к одной черте, более того, его столько же, сколько толкований слова "социализм" в 1970-х. Есть феминизм, на мой взгляд, совершенно сумасшедший, а есть вполне вменяемый. И ещё двести сортов.
- Но на вас он обижаться не станет, поскольку интенции специально заставить его нарушить обет у вас не было. А во втором случае может и обидеться, поскольку рассказчик анекдота фактически огульно приписывает всем феминисткам некое смешное качество. Поэтому я и сравнивал ситуации именно в этом их аспекте, а не в аспекте реально нанесенного ущерба (съеденной свинины). Хотя можно было бы и сравнить моральный ущерб в том и другом случае.
- Вы правильно поняли - можно смеяться даже над своими недостатками, но считать себя при этом неплохим человеком. "Логос не обманешь". Ключевые слова - "над своими". Или над недостатками конкретного человека. А когда всем носителям идеологии приписывают некое дурное качество, связывая его наличие именно с образом мыслей, "это не так называется".
- Если вам удаётся "использовать слова в их настоящем значении", то я вам искренне завидую. Ибо вы обладаете Тайным Сокровенным Знанием. Весь двадцатый век философы и лингвисты доказывали, что значения подобны воде, текут и их не удержать, они зависят от говорящего и слушающего - а вы знаете подлинные значения слов. Collapse )