July 17th, 2006

История про разговоры (СCCXLV)

- Я, конечно, не воротила шоу-бизнеса, и в этой вашей медиа-жизни мало что понимаю, но вот что скажу.
Это всё про NN. У меня сложилось впечатление, что есть такая должность (Она есть в разных корпорациях, на разных телевизионных каналах), это - специальный человек, что выходит по команде в круг. Он выходит и начинает топать ногами. А вокруг стоят люди и скандируют: «Ну-бля-ну-бля-ну-бля-ну-бля!». Потихоньку человек заводится, и начинает орать. Слёзы выступают у него на глазах, а рубаха давно разорвана.
Потом он устало выходит из круга, и ему дают полиэтиленовый пакет из супермаркета, который заполнен Баблом. Он так же устало кидает его на правое сиденье своего автомобиля, и отправляется домой, чтобы почитать Мураками.
И так изо дня в день.
- Мне он больше напоминает наемную деревенскую плакальщицу. Очень почтенная творческая профессия.
- А вот не надо. Я вот видел в Архангельской области плакальщицу. Ей давали десять рублей красной ленинской бумажкой и бутылку водки - и плакала они правильно скорбно и верно. Потому как народу по деревням было мало. Она даже не плакала, а пела - и из того, что было можно понять, выходило: вот человек ушёл, и его не вернуть, но все там будем и встретимся, а человека жаль, и жаль что детей двое (она внимательно смотрела на родственников), но это тоже нечего, потому что мир велик и не без добрых людей и поднимут детей-то.
У меня скулы сводит от пасхальной идеи народа-богоносца, но деревенские плакальщицы мне милы. Что мне до того, что есть другие - я видел эту.
- Ремесло вымирает. Я видела других в Тульской области, заставлявших вспомнить «хлыстовские практики». Но Север - он вообще как-то благороднее.
- Северу в этом смысле повезло - он защищён летом мошкой и комарами, а зимой морозами - это даже не только север. Вот у меня дед из-под Вятки - крепостное право недолезло, татары не дошли - всё то же, что и в Центральной России, да немного не то.
Правда там не только ремесло вымирает. Их потом повывели - потому как народу по деревням было мало, да и всё к тому же оскотинивается, а Север просто вымирает. Вымер уж, в общем. Впрочем, я просто мизантроп - с меня тут взять нечего - я воспринимаю жизнь как герои Иоселиани из фильма «Фавориты Луны», когда ворованные картины уменьшаются в размерах и количество чашек в сервизе уменьшается так же стремительно.
- Деревенские плакальщицы, по крайней мере те, которых я видела, не имели к экзальтации никакого отношения. Потрясающе профессиональные органичные психологи, проводящие сеанс психотерапии, снимающие возможность необратимого стресса и берущие на себя, как в тренингах с масками, горчайшие и тяжелейшие функции. Они просто дают родным и близким возможность внутренней тишины и место для примирения, осмысления смерти.
Кстати, ещё насчёт обычаев, что кажутся чужестранцам причудливыми – об оставлении еды на могиле. Тут нет никаких сомнений, оставляют, это общеизвестно.
- На радость нищим и солдатам.
- Однако, ровно так же общеизвестно о ритуале тризны - обедни на могиле. Это когда едят и пьют оставшиеся в живых родичи. Я сама видела, как люди приходят на православное кладбище с едой и едят и пьют там. При этом, вполне допускаю, что где-то может локально считаться дурной приметой пить из подобной рюмки, но где-то - запросто можно, без вопросов. Как мне поведал мой информант, именно, что стал свидетелем такого ритуального выпивания.
He is at supper, not where he eats but where he is eaten.
- Нет, выпивание - несомненно. Это уж к гадалке не ходи, хлебом не корми - дай выпить на могиле.
И я на могилах пил много. Видел и участвовал в питье "с гроба" - на Девятое мая на могилу стелется рушник, стаканы, снедь всякая. Есть, кстати, известная картина Голембиевской "Бессмертие" - она, правда, несколько маскирует обстоятельства, зато включена во все каталоги советского украинского искусства (у меня есть).
А пить из оставленных рюмок не стал бы никогда.
Можно выпить из неё, налить снова - и оставить.
- Это как бьют бокалы после выпитого - после покойника никто не рискнёт опрокинуть.
- Нет, увы, вас неверно информировали. Как раз пить живому из этой рюмки не следует. Это чрезвычайно плохая примета.
- Собственно, ритуал очень старый - оставление еды на могиле, много и подробно описанный. Что интересно, по понятной причине птицам пить и есть можно. Собственно, родственники должны радоваться, что они, птицы, всё это клюют.
- Да чем нищий от птицы отличается? Разве более вонюч. С моей могилы пусть пьёт – если будет кому что оставить.



Извините, если кого обидел