July 6th, 2006

История про разговоры (СCCXVI)

.

- Почему кулинарная тема, столь характерная для русской и советской литературы 20-40 гг, практически исчезла после войны? Да и кулинарные пристрастия постмодернистов весьма сомнительны и если и имеются, то сводятся к выпивке, а не к закуске в духе Филиппа Филипповича.
- А это не совсем так. Даже совсем не так. Она не исчезла, отнюдь. Книга о вкусной и здоровой - как раз из позднего времени. А с недавней современнностью дело в другом - мы живём с отрыжкой и метеоризмом восьмидесятых.
Тогда в печатный станок попали те, для кого десятилетием раньше выпивка была фрондой, а еда - коллаборционизмом. К тому же выпивка не требовала никаких усилий, кроме нескольких спазмов горловых мышц. Умение опалить курицу, я полагаю, было чуждо не только Бродскому, но и Ерофееву.
- А кто в пел высокохудожественные гимны хорошей еде? Всё же у Нагибина, Казакова, Солоухина, Астафьева еда – это скорее возвращение к корням, у Семенова и Аксенова – приобщение к новому иноземному продукту. Но где ода советскому шницелю по-министерски как культовому явлению?
- А вот о чём речь! Это ж совсем иная песня. И тут я позволю себе вам попенять, потому что советская еда - это совсем другое. Это с одной стороны шницели (которые как раз родом из той же корневой системы), но по большей части пельмени за 64 колп, что внутри из чёрного хлеба, а снаружи из белого, это сосиски и колбаса, это макароны-«звёздочка», это клёклые зелёные огурцы и маринованные помидоры того же цвета, это «борщ вегитарьянский с мясом» и прочие столовсие изыски. Я, грешным делом, сам воспел это в пресловутые девяностые в художественной, не побоюсь этого слова, прозе.
Тут путаница в слове «советский». Потому что взлёт «сталинской» кулинарии пятидесятых это именно возвращение к корням, кулинарному классицизму. Минимализм семидесятых - полуфабрикатная радость, подобная тонконогой чешской мебели - настоящая советская еда. Но она разбавлялась национальной тягой, как вальдшнепами разнообразился дворянский стол. Так пловы и шашлыки (особенно) - совершенно советская кухня. Каждое из перечисленных блюд - совершенно культовое явление - точно так же, как культовый бородинский хлеб, абсолютно стандартизированный и промышленный.
Так и что ж? Классицизм и барство вместе со шницелями - удел Нагибина, северная природа, уха с дымом и сбежавший цирковой медведь - строка Казакова, столовская трапеза из пельменей и сосисок достались четвероногому Вайлю Генису, а закуска Венедикту Ерофееву.
- Это у нас терминологическое непонимание - что есть советская кухня. Или, (что ещё безбрежнее) - что есть «советское».
- К культовой советской еде я бы еще добавил цыплят табака. Особых проблем до восьмидесятых годов не было и с другими изысками – до сих пор нежно вспоминаю ВДНХ с кухнями народов СССР, поход по которым обычно завершался павильоном дегустации на дальнем берегу центрального пруда с последующим катанием на лодке вокруг фонтана «Золотой колос»
Да и в восьмидесятые в заведениях чуть выше ранга общепита неплохо кормили. Скажем, в находившихся лизи расположения части «Антисоветской» и стекляшке с узбекской кухней. О погоревшем Доме актера и Доме литераторов я уж не говорю.
- А культа еды в литературе не стало.
- Прав Похлебкин: вырождение нации начинается с вырождения национальной кухни.
- Это, опять же не совсем так. (Не о цыплёнке речь - его в моей семье готовили на газовой плите, придавив настоящим чугунным утюгом - наследством прабабушки). Я говорю об упадке нации.
- Просто, что вы считаете нацией - «новую общность людей - советский народ» или русскую, украинскую, таджикскую и азербайджанскую - uzw.
- Советская кухня - это твёрдая, как камень, блкадная пайка, наркомовские сто грамм, салат «Столичный Оливье», винегрет с кровавой свёклой, пельмени и докторская колбаса, которую жарили в столовых, от чего её химическая сущность превращала её в шляпу волшебника.
Эта кухня вечна, и хрен её что переборет. Это Брестская крепость и Сталинград.
- Жалуетесь?
- А я, что, жаловался? Перед накрытым столом? Что у меня, бланманже с профитролями Агафья поднесла? Нет. Нечего жаловаться.
- Так Вы это с голоду?! В дополнение к древней genuine тапаке я использовал два изящных груза, изваянных из загадочного бело-голубого металла умельцами из находившегося напротив работы КБ.
- Думаю, именно по этой причине «Буран» слетал только один раз
- Вообще при Советской власти в 80-х удивляло то, что при всеобщей битве за печень трески в свободном доступе находились мороженые омары и лангусты.



Извините, если кого обидел

История про разговоры (СCCXVII)

.


- Я болею. Пью чай с мёдом. Хотя возникла идея, что неплохо бы сделать цимес.
- Цимес… Это что-то морковное, как я помню с юности. Лучше гоголь-моголь с ромом сделайте.
- Морковное? Ладно, сейчас поговорим об этом. Collapse )