June 18th, 2006

История про разговоры (СCXLVI)

.

- Я давно выяснил, что в моих снах ничего странного быть не может. Никогда. Сны нам только кажутся странными. Тут дело вот в чём Судаев отстреливал первые опытные образцы ППС-43 (можно назвать его ППС-42) в мае 1942 года. Причём, как можно догадаться, я знал это задолго до своего сна.
Стен, хоть и был сделан в 1941, под Москву попасть не мог - да ещё в октябре.
Я трактую эти анахронизмы со следующей фрейдовщиной - оба ствола делались буквально «на коленке», чуть ли не напильником вытачивался «Стен» польскими аковцами, а ППС-43 - когда его делали в блокаду (это я по памяти, надо посимотреть источники) имел норматив 6 кг заготовок, 2 человека-часа. То есть, в моём сне это именно символы самодельных автоматов (т.е. пистолетов-пулемётов).
Было бы, конечно, ещё интереснее, если бы мы в ожидании врага делали бы сами себе оружие - но: что видим (во сне) про то пишем, чего не видим, про то не пишем. (с) адмирал Макаров.
- Да, оружие более лаконичного дизайна чем Стен поискать надо...
- Было бы, конечно, ещё интереснее, если бы мы в ожидании врага делали бы сами себе оружие
- Развивая мысль о танкистах, наваривали бы 5-мм стальные листы на СТЗ-5 с самодельной пулеметной башенкой.
- Вообще, интересные вещи говоришь. Если все-таки попытаться совместить обе даты (война, Подмосковье, вроде бы 1941 г.) и ППС (1943), то получится, что во сне ты видел сюжет очередной альтернативы Великой Отечественной. Только не «ускоренной» (как у Анисимова), а «замедленной» - при которой немцы в 1943 году почему-то снова стоят под Москвой. Брррр...



Извините, если кого обидел

История про разговоры (СCXLVIII)

.

- Для этой стороны характерны незаурядные унижения.
- Заметьте, я не придираюсь к словам «эта страна» - потому что считаю, что это искусственно придуманный маркер. Можно любить свою страну и употреблять это местоимение, а можно пиздить бюджетные деньги и говорить обо всём горделиво. Тлько вот что такое незаурядные и заурядные унижения?
- Незаурядные – это незаурядные.
- Незаурядные унижения - это китайские пытки? Причём необязательно пытки - вот в Китае казни до сих пор публичны. У арабов тоже несладко. В Южной Америке тоже очень интересно люди живут - я видел. А вот когда в Индии в пятидесятых, как мне рассказывали, хотели насильственно отменить касты (то есть гонять тех, кто будет следовать кастовым правилам) - больше всех возмутились всякие парии, а не высшие касты. Париям нужны была жёсткая структура мира - и не мне их презирать...
- Все, что я знаю об этом режиме убеждает меня в его исключительности. Это не вопрос веры и личных ощущений. Юные толкиенисты, которые пытались вчера стать героями дня, тоже говорят: отправьте нас в советскую страну, мы там будем внутренне свободными, этому нас научила европейская философия. Более корректной ссылкой по теме мне представляется книжка Дубина и Гудкова "Простой советский человек". Про антропологию простого советского человека.
- Мне кажется, что никакой исключительности нет ни в каком режиме. Ну, есть какие-то специфические черты - то есть в СССР вегетарианского периода было "просвещённое рабство" - сравнительно высокий уровень грамотности и азиатская система отношений (то, что по ошибке называют коррупцией). Про простого советского человека ленивый только не писал (а книжка Дубина хорошая, да). Но мы понимаем, что "простой советский человек" в Москве - это одно, в Баку - другое, а на хлопковых плантациях Рашидова - третье.
Да и толкиенисты, которых вы наблюдали, вовсе не юные. Это всё гораздо более интересно, чем кажется - я имею в виду антибуржуазность толкиенистов - то есть, желание нового Средневековья (Я уверен, что они не читали Хейзингу, но тем более интересно это интуитивное желание). Мистический мир тёмных веков vs буржуазный мир Нового времени. Тут очень интересно, что это оппозиция не рядом стоящих эпох.
- Кстати действительно - толкиенисты-то не такие уж юные. Хм...
- Кстати, я тоже отчасти тоже толкиенист. Но я, вернее, прототолкиенист. Я в леса ходил с КСПшниками, и в момент своего чтения Толкиена году в 1980-м, наблюдал в лесах проторолевые игры. Это всё, правда, имеет отношение к современным толкиенистам примерно такое же, как эогиппус к нышнешнему ахалтекинцу.
- О, я думала это все гораздо позже началось. Расскажите как-нибудь при случае.
- А я с этими разговорами могу только сопоставить встречу с Грузбергом (наяву, без снов) после Интерпресскона... Это первый переводчик Толкина на русский язык (правда, его перевод был опубликован лишь в 2002 году, хотя сделан был в середине восьмидесятых, и я лично познакомился с «Властелином колец» по рукописи - именно по рукописи, даже не машинописи - можете представить, каково это было, читать тысячу страниц рукописного текста, но я совершил-таки такой подвиг, хотя скорее подвигом следует считать именно написание всего этого текста руками). Кроме того, это переводчик огромного количества всяких разных англоязычных текстов, обычно выходящих под псевдонимом Д.Арсеньев (коей можно этимологизировать как «Дед Арсения»). Он живёт в Перми. На самом деле все его переводы - как бы хобби. Это филолог, знаток английского и русского языков, интереснейший собеседник и человек, преподаватель в Пермском университете...
- Велик мир! А я Толкиена читал по затрёпанным томикам в Библиотеке иностранной литературы - их при каких-то загадочных условиях можно было брать домой (потом, кажется, их спиздили).
У меня тогда был чудесный читательский билет - синяя книжечка с несколькими страницами внутри. На одной из них была специальная графа: «Фамилия лица, выдавшего билет». Так вот, там значилось просто - «Родина».
- Родина - в качестве «лица», такое не придумать! А я познакомился с Толкиным в оригинале уже после того, как прочёл перевод Грузберга. Мы заказывали во ВГБИЛ микрокопии книжек, а потом печатали с них фотокопии. У меня до сих пор сохранилось несколько сот микроплёнок, а также несколько десятков фотокопий книжек. Ах, какие были времена! Никаких тебе амазонов...
- Смотря что под этим понимать - здесь это отсыл к одной реальной истории. Я знавал замкнутую группу ролевиков, у которой был обряд посвящения, тайные камлания в лесу. Меня чуть туда не приняли - это было больше десяти лет назад, да только их обряд был ворован из «Войны и Мира».
Впрочем, они были не совсем толкиенисты, а, скорее, ролевики-друиды. Их глава ездил глазеть на Стоунхедж. Они мне подарили чудесное рассуждение - мы что-то говорили о вегетарианстве, а они доходчиво объяснили, что грань зыбка и убийство травы ничем не лучше убийства зверей. Так что носить одежды из битого и топтанного льна ничем не лучше, чем есть коров.
- Друиды, да. Орден друидов - ничем не хуже ордена Тамплиеров. Да, надо как-нибудь записать эту историю.

Извините, если кого обидел

История про разговоры (СCL)

.

- Он хотел, чтобы его подвезли и оттого трепал на ветру моё благородное имя. Он-то что - он спиздил бутылку наградного коньяка и канул в ночь. Больше его никто не видел.
С тех пор его по тюрьмам я не встречал нигде.
- Кому коньяк, а кому и свиной хрящик, да.
- На какой из этих трёх выборов ты намекаешь свиным хрящиком?
- Свиной хрящик - вещь настолько универсальная, что может быть сассоциирована буквально с чем угодно. Впрочем, и коньяк тоже.
- Да? То есть, у меня, значит, третий путь? Как у Володи Ульянова?
- Володя Ульянов - это кто?
- Это молодой человек, которому не досталось хрящиков и который избежал коньяку. ничего хорошего из этого не вышло.
- Ааа.. Слыхал, да. Кудрявый такой. Угу. С ним что-то случилось на горке ледяной.
- Как интересно.
- Да уж, не то что всяким торсом и прилегающими частями хвастаться.
- Дык мне ведь больше нечем..
- Мне, конечно, приятнее было бы так думать. Это бы тешило моё самолюбиие. Но, сдаётся, у тебя есть ещё достоинства, да.
- Это лесть.
- Не фига. Я у тебя дома ещё не был. Оттого и не помер ещё от зависти. Ага.
- А что у меня тут такого завидного? Не знаю. Может, девки на столях пляшут. Ванна с шампанским. А в прихожей окорок висит - кто приходит, сам откусывает.
- А это мысль..
- А то.
- Особенно окорок…




Извините, если кого обидел

История про разговоры (СCLI)

.

- Вот ведь у людей светская жизнь! Переделкино, дача, аллергия... Столько событий.
- Дык ёпть.
- Да жизнь интересная, в блёстках.
- В соплях, а не в блёстках. Аапчхи. Даже про женщин не думаю.
- Это точно. "Ежли ты б мне галушки показал, или там сало... " (с)
- Ага. Меня такие вещи просто раздражают: видишь девку, а трахнуть нельзя. Нехорошо это. Негуманно.
- Ну как тут не завидовать, а?
- И только мощнейшая сенная лихорадка омрачила этот пир духа и чрева.
- Тоже неплохо. Пусть прекрасные девы подносят платки, да.
- Пусть, пусть подносят.
- А смысл?
- Смысл - это вообще иная категория. Я её не рассматриваю.
- Я люблю шоп смысл был. Так интереснее..
- Конечно. Но если окажется, что его нет, это не должно помешать жить дальше.
- Ни в коем случае. Жить надо так, чтобы ничто не могло помешать..



Извините, если кого обидел

История про разговоры (СCLII)

.

- Всё ещё ужаснее: "Я называю <...> лжецом, потому что он неоднократно оболгал меня и подправил мои постинги, которые я удалила". Зачем вы подправляете уже удалённые постинги? Ладно, не надо - зачем. Просто научите, как это делать.
- <...> всё, как Угрюм-Бурчеев, умеет направить в нужное русло, и если постинг ему не нравится, он его исправляет. Так и на Тенетах (свидетельство <...>, я ничего не выдумываю) был подправлен шорт-лист. Одна литературная банда под названием "Свои люди - сочтемся".
- Ужас-то какой. А я на каких-то "Тенетах" получил первое место за рассказы. Да ещё одни - судил.
- Это действительно явление сетевой литературы, на которую проецируется сущность русской бюрократии. Употребления стиля и сути бюрократического аппарата зарождающимся сетевым сообществом можно даже разделить на три этапа: Ваш, тенетовский, социалистический (рука руку греет), Демократический (время деятельности конкурсов РЛНС), Общество потребления (РЛНС после конкурсов).
- Тьфу-ты, пропасть. Я ведь и на "Улове" что-то получил - даже в сборник вошёл. И кто я теперь?!
- Что происходило в РЛНС в течение двух последних лет можно сравнить с каким-то бюрократическим кошмаром. Между демократическим этапом и обществом потребления стоит введение цензуры сроком на один день - то есть попытка восстановить социалистически-тоталитарный корпус бюрократии. Но она не прошла. А РЛНС - Российская национальная литературная сеть. Стихи.ру и Проза.ру
- Ладно, вы меня не слушаете... Только поправьте год.
- А я еще где-то и годы указывала?
- Да, вы неверно указываете даты, когда говорите о Великой французской революции. 1789-ый.
- А я что, пишу о французской революции?
- Да, вы неверно указываете даты, когда говорите о Великой французской революции. Именно 1789-ый.
- Нет, я пишу исключительно о вас - героях, непревзойденных в своем героизме обсуждать, осуждать, снобистски посматривать на все и поплевывать!
- Ну, да. И это дурацкое (простите меня) сравнение Петрова с Дантоном мне особенно не понравилось. Он больше похож на Демулена. Кстати, у Демулена была любовь вовсе не с Жорж Санд, а с Люсиль Дюплесси.
- Он больше похож на Табакки, которому в его шакальей стае присвоили статус тигра.
- С пониманием отношусь к этим обстоятельствам. Только всё-таки не 16 брюммера, а 18 брюммера.
- Понимаю. Ценю. Но от перестановки <...> с Березиным сумма не меняется. Особенно лет через пятнадцать.
- О чём это вы, писатель, беседуете? Девушку тираните?
- Беда в том, что она ещё невнимательно нас читает. У неё 2002 и 2004 то соединяются воедино, то разлепляются, она путает годы и номинации. Не говоря уж о том, что в "Уловский" сборник я попал в самый разгар его, "Улова", правильности – по её версии. Тут есть характерная, кстати, черта в диалоге - когда комментарии идут лесенкой, вдогон один другому. Пальцы опережают продумывание фразы. Как-то это всё печально, какой-то меркнущий сомнамбулический огонь мне за этим видится. Нет, у меня всё-таки была Брунгильда, так сказать, глыбища. Чего хотела, того добилась, в книгах печатают. А тут как-то печально, как со вдовой на похоронах.
- Это потому что у вас спиритуоза мало.
- Я исправлюсь. Завтра. Или послезавтра.
- Желаю всяческого. Ушла.
- Добрых снов.



Извините, если кого обидел