March 12th, 2006

История про человеческое существо.

Вот странно - время идёт, происходит эволюция, а температура человеческого тела не меняется. И что за число такое дурацкое - 36.6 - почему именно такое? Может, оно как-то связано с долямих от кипения воды... Или со свёртыванием белка? Безобразие.
У хорошего польского писателя Станислава Ежи Леца есть такая фраза: «Почему за всё время существования науки невозможно было определить по внешнему виду человека для чего он предназначен?!!».


Извините, если кого обидел

История про Шкловского - ещё одна.

Я люблю Шкловского. Вернее, мне повезло – я полюбил Шкловского сразу и за самое лучшее. Первое, что я читал, были ZOO и «Сентиментальное путешествие» с их хрупкими заграничными страницами двадцатых годов. Уже потом я прочёл «Повесть о художнике Федотове» и не прочёл «О мастерах старинных», потому что это читать было невозможно. Повесть о художнике Федотове» тоже невозможно читать – но потому, что в ней демократы находят друг друга на мостовых Петербурга будто рояли в кустах и произносят монологи, обращаясь не друг к другу, а к читателю-зрителю.
Царь – медный лоб стоит неподалёку. Всё напоминает знаменитую гравюру «Парад в Царском Селе». Наличествуют всё, и всё обособленно – как на знаменитом американском сорокаминутном виниле «Что должен знать средний американец о Бетховене».
Между тем Шкловскому многое можно простить за фразу: «В сторону от наводнения, по небу к дуденгофским высотам, как беженцы с пожитками, бежали горбатые облака».
Текст Шкловского вертится вокруг определённых образов. Число этих образов ограничено. Лён на стлище. Самсон. Вертер. Стена, в которую бьётся человек. Льдина, плывущая по океану.
Шкловский - человек, который всегда не на своём месте.
Это про него сказано: «В двадцать лет люди ещё идут гурьбою; ещё неизвестно, кто пойдёт дальше всех, а кто отстанет. Пока всё хорошо, и даже анекдоты, над которыми другие не смеются, смешны до слёз, потому что они услышаны в первый раз».
Человек не на своём месте. Вот Молчалин на своём. Чацкий-мудило - не на своём.


__________________________________________________

Рикар, иначе называемый Монферран. Мнение Жана Поля «Бедность то же, что операция протыкания ушей у молодых девушек. Больное место заживает, его украшают потом перлами и бриллиантами», которое я знаю только в пересказе Шкловского. Когда будет побольше времени, надо проверить интересную параллель - Исаакиевский собор у Шкловского в ПоХФ и у Тынянова в «Смерти Вазир-Мухтара».
Федотов-Хоггарт.
И совершенно непонятно - что за фраза "Разгоралась, как плохо сложенный костер, лампа, разгоралась, треща и мигая". Украл ли я её у Шкловского, или придумал сам.



Извините, если кого обидел