July 21st, 2005

История про неотправленный комментарий.

Второй раз пытался что-то откомментировать у журнале у corpuscula. И второй раз, написав комментарий, я обнаруживаю, что умная машина щёлкает меня по носу и велит убираться вон со своими рассуждениями. В этом виноват один я - протому что не смог запомнить с первого раза. Но каково раздражение - такое было у меня только в 1986 году, когда я работал на РС АТ без жёсткого диска и убеждался в том, что машина зависла, сохраняя файл на пятидюймовую дискету.
Это при том, что мой комментарий никому в общем-то, кроме меня не нужен.

Но он, этот комментарий, мне напомнил другую историю - протому что написать в чужой журнал я хотел про автора музыки новогодней песенки про ёлочку. В дом его потомков я как раз сейчас собрался по одному печальному поводу.
Не в этом суть. Был в нашей компании один человек, по фамилии Тимошин - это был очень хороший человек, мной до конца не понятый и очень интересный. Однажды к нему обратился другой наш знакомый, которого за глаза и в глаза звали N. Он попросил у Тимошина в долг сто долларов, тот дал, и вот N накупил еды, водки, вина и накрыл стол. Все сидели за столом и кричали ура N. И в воздух рюмочки бросали.
Спустя несколько недель Тимошин спросил о своих деньгах. N с недоумением посмотрел на него и сказал:
- Да ты чё? Ты ж за столом сидел? Какие деньги, о чём ты?
И Тимошин почуcтвовал себя... Ну вы поняли.
Я часто вспоминаю эту историю при дележах и финансовых расчётах, хотя за этим столом не сидел и знаю подробности от другого человека. Его уже нет, взятки гладки, и сейчас я выйду из дома, пересеку Тверскую и напьюсь под портретом автора самой знаменитой новогодней песни. Срубили ёлочку под самый корешок, и кто-то в лес её быстро уволок, и выше мужичок с ноготок, и к чему это - невдомёк. Сидел я за столом, по усам не текло, побрился и всех делов. Внутрь всё попало, да жизнь моя пропала.

Извините, если кого обидел