May 30th, 2005

История про взятие одной рощи.

Я как-то рассказывал, что в настоящем путешествии должна быть одна книга. Больше одной книги не помещается внутрь путешествия – вне зависимости от его продолжительности, даже если это путешествие на чужую дачу.
Потому я сначала смотрел в окно, а потом читал прозу поэта Слуцкого. В окне была видна вереница платформ, что стояли на соседних путях. Платформы были рыжи и ржавы, сквозь доски настилов проросла высокая трава и тонкие деревца.
Поэт Слуцкий был похож на эти платформы – в нём была красота отчаяние и вкус беды. Он был резок и прям. Может быть, он был несправедлив в выводах, но он был искренен. Может быть, он был неточен в обобщениях, но он был твёрд в нравственных выводах.
Он был настоящим коммунистом, которых Советская власть перестала производить после 1945 года.
Слуцкий пишет о заграничном походе Красной Армии так же, как Виктор Шкловский писал о Гражданской войне в России.
Он пишет своё сентиментальное путешествие, полное ярости и страсти, хотя не позволяет себе визжать и кусать воздух, как это делают многие спустя шестьдесят лет.

Слуцкий писал о том, как возникает трагедия. Вот приходит человек в парикмахерскую Collapse )