February 20th, 2005

История про сны Березина № 155.

Приснилась загадочная лаборатория где работают непонятные учёные, в том числе и я. В этой лаборатории происходит убийство, а, может быть, и два. Оказывается. Что один из сотрудников написал роман, где все эти события угадывается. Я хожу по помещениям мимо пробирок и томографов в вязаном шерстяном рубище с дыркой на животе, чрез которую фотографирую висящим на брюхе телефоном.
Там же работает женщина, которая знает Главную Тайну. Понемногу мне начинает казаться, что именно я автор этого романа, и собственно убийца.
Однако моё предназначение ещё и в том, что бы узнать тайну лаборатории.
И вот я уже путешествую – вместе с этой женщиной. Она средних лет, с неясным прошлым и загадочным настоящим. Мы приезжаем в Стамбул, ночуем в какой-то зале. Потолок высок, стрельчатые окна, и нет одной стены. В этой зале абсолютно темно и тепло, пахнет жасмином и влажным ветром с Босфора – и тут же оказывается, что я пишу об этом повесть. Вот перед глазами страница, со стихом, записанным в строчку наподобие набоковского «Дара». Сначала это медленный и плавный ритм и смысл этих строчек тоже завершён и спокоен, но ещё через несколько строк всё убыстряется, строки становятся короче, но всё равно, каждая из них – предложение, осмысленное и законченное. Кажется, в этом сне я несколько секунд помнил слова на той странице перед глазами, но потом всё пропадает.
Вот мы уже летим на старом двухмоторном самолёте. Естественно, ожидаемой парой к воздушному перелёту, из зоны бокового зрения выплывают какие-то террористы, прямо в воздухе самолёты глушат мотор, но террористы – несколько потных и толстых крестьян заставляют пассажиров дергать ручку. Оказывается, периодично, одна через несколько кресел, будто аварийные выходы, из пола торчат заводные ручки, и вот я дёргаю её, дергаю, и самолёт по этому только и продолжает лететь.
Вот я уже один – где-то в Юго-Восточной Азии. Конуса шляп плывут по улице, как в листопад жухлые листья плывут по реке. Оказывается, я прилетел к турку, родному брату моего стамбульского хозяина. Этого человека судьба забросила в другой мир, и вот среди суеты тайской жизни, он держит не то турецкий ресторанчик для туристов, не то бюро путешествий. Ходит в феске, лицо его скрыто, но он радуется, когда я привожу ему гостинцы от брата – огромную коробку величиной с холодильник.