January 13th, 2004

История про путешествие за Золотым Сруном. (XXVIII)

Много чего мы видели в этом путешествии – видели мы людей с пёсьими головами, видели драконов на керосиновой тяге. Висел над нами полдня летучий остров Лабуда, откуда на нас вылили два ведра помоев и нашвыряли арбузных корок.
Одного мы не видели – Золотого Сруна и не знали дороги к нему.
Тысячи лье оставались за бортом, тонули в пышных бурнусах килечного следа. Вокруг корабля холодало.
Навстречу нам попался странный плот, похожий на домовину. На крышке сидел чопорный англичанин и брился опасной бритвой, похожей на саблю.
- Сруна не видели? - спросили мы его.
- Да их тут сотни, их сотни! – отвечал англичанин, не переставая бриться.
- Мы неверно выразились, - взял дело в свои руки наш Капитан. – Нас интересует только Золотой Срун.
- Ну так возьмите левее, на пятьсот лиг к востоку. Иначе вас занесёт в северо-восточные области Великой Татарии. Если вы будете придерживаться этого направления, то наверняка найдёте какого-нибудь Сруна. Впрочем, если не будете придерживаться, то всё равно найдёте. Главное, сохраняйте невозмутимость.
Потому что, потеряв невозмутимость, вы потеряете всё.
И англичанин невозмутимо проплыл мимо нас на своём плоту.
- Вот ведь протестантист какой, - только покрутил головой Боцман Наливайко.


Извините, если кого обидел.

История про путешествие за Золотым Сруном. (XXIX)

Но, тем не менее, вокруг всё холодало и холодало. Уже не помогала двойная доза рома, глинтвейн расходовался вёдрами. К исходу недели нам пришлось даже отказаться от плавок, шорт и гавайских рубашек.
В борта корабля бились клювами льдины. На мачтах, там, где весело резвились огни Святого Эльма, выпал снег. Носоглоточному пришлось выдать караульный полушубок.
Не нравилось это нам всё – как-то не походили эти места не те, где мог бы обитать Золотой Срун.
А обычные нам были без надобности.
Наконец, среди ледяных торосов мы увидели огромный остров, не обозначенный на карте. По периметру остров оказался затянут колючей проволокой, а на караульный вышках стояли странные фигуры, обросшие инеем и сосульками.
За колючей проволокой поднимался дым, иначе называемый пар, и всякая птица, залетая в него… Ну, всем известно, что бывает с такими птицами.
Сначала нам неловко было бросать концы в таком месте. Во-первых, везде было написано, что это зона запрещений, зона строгих запрещений и зона отчаянных запрещений. На одном транспаранте, похожем на приветственный кумачовый лозунг, было написано: «Стойте! Стреляем!» - но транспарант был выцветший и дырявый. Стрелять было некому.
Во-вторых, и концы кидать было некому.


Извините, если кого обидел.