July 21st, 2003

История про хваткость и приспособленность к жизни.

Много лет назад я попал в лес вместе с компанией сверстников. Было нас четверо. Знакомцы мои, собравшись на пикник, промокли под дождичком и дрожали, пока я разжигал костёр. Потом я нашёл жестянку, отмыл её, приделал ручки, подвесил над костерком, заварил чаю и с брезгливостью оглядел мокрых спутников.
Примерно такую же ситуацию я представлял себе, читая одну давнюю повесть, в которой главный герой, большой забавник, пришёл со своей девушкой на чей-то день рождения. А там крутитилось видео, мальчики-каратисты задирают ноги, а девочки бормочут: «А вот этим летом в Будапеште я...», ну, и тому подобное далее. Главный герой - тот самый простой парень, любитель похохмить, замечает: «А-аа, да я не помню этой песенки - меня тогда не было в Москве». - «А где же ты был?» - «А, - (машет рукой) - я на зоне был. Пять лет оттрубил». И тут сгущается дым таёжных костров над столами, уставленными родительскими напитками. Забыты мальчики-японисты, и дипломатические дочери смотрят во все глаза на него.
Я тоже как-то отправился на день рождения и встретил там одноклассника, которого не видел несколько лет. Одноклассник, похожий на голубя-дутыша, попал в морскую пехоту, сбежал из части за полгода до демобилизации, был во всесоюзном розыске, отбыл в дисциплинарном батальоне срок и, был кооператором и, наконец, стал просто жуликом.
Несколько раз я встречал его следы в том приватном доме, куда попал на именины, следы в виде напитков из «Берёзки» и заляпанных помадой длинных и тонких сигарет «Ротманс». Ну, последнее, разумеется, были следы женщин, но - тоже из «Берёзки». Все эти названия и временный калифат их престижа канули в небытиё, но тогда они были больше, чем вещью. Они были символом.
И вот я увидел его снова за столом, с синтезатором наперевес. Синтезатор был похож на огромную гладильную доску. Голубь бормотал, оправдываясь: «Зачем мне большой - я пользуюсь портативным - вдруг какая-нибудь фраза придёт мне в голову, когда я буду в машине...»
Я очень понравился нашему жулику.
- О-го-го! - заорал он в полночь, - поехали, поехали, каких людей я тебе покажу!
И мы поехали. Одноклассник решил проехаться в метро и занял у меня пятак. Как потом выяснилось, в карманах у него содержались только крупные деньги. Поезд нёс нас под аккомпанемент синтезатора, гулко отдающегося на пустых станциях. Мы мотались по Москве на такси, смотрели какую-то унылую видеопродукцию. Под утро одноклассник упал в какую-то щель чужой квартире и тут же уснул.
Я же, слушая утренний птичий щебет во дворе, понял, что праздник бессмыслицы кончился. карапузикам шепнули на ухо: «Баста!», и пора по делам. Чтобы не уснуть по дороге, я начал искать еды. На кухне я полюбовался на удивительный натюрморт: бутылка виски, откусанная луковица, «Беломор» по соседству с «Мальборо», половина помидора, хлебные крошки...
Потом разгрёб себе место, сварил кофе, сделал себе нечто среднее между пиццей и яичницей, салатик. Тогда я снова, как в том лесу, почувствовал себя лучшим.
И тут открылась дверь, и на кухне появилась одна из очаровательных хозяек в таком домашнем халатике, что я чуть не откусил кусок вилки. У неё были слишком печальные глаза, чтобы не поделиться... Немного погодя она спросила:
- А ты правда живёшь один?
- Ну да, - с опаской сказал я.
- А ты не станешь возражать, если я буду курить в постели?

Много чего я упустил в жизни, пока не понял, что нужно быть не лучше всех, а надобно быть на своём месте.

История про Тенеты

Мне пришло письмо. что мне дали первую премию на Тенетах. Вернее, одну из первых премий. Это событие весьма неожиданное. Тем более, надо поблагодарить тех неизвестных мне людей, которые за меня голосовали. Да.