May 6th, 2003

История про котов №1

Несколько лет назад я довольно долго был в печали, потому что от меня ушёл кот. И вряд ли, думал я, он вернётся.
Кот этот был странный, большой и абсолютно чёрный. Тут надо сказать, что я не знаю, люблю ли кошек. Ничего не знаю я насчёт кошек. Потому как всегда имел дело только с котами.
И, казалось мне всегда, что домашние звери должны приходить в жизнь случайно, как люди. Поэтому и коты у меня появлялись случайно.
Одного, старого, я получил в наследство, будто сын мельника. Сапог у этого кота, правда, не было. Зато уже был замок – огромная квартира, временно, но безраздельно принадлежавшая попавшему в наследство коту. И теперь ещё я живу в этом замке с кривыми стенами и скрипучими полами. Но наследный кот давно умер и похоронен у лесного пруда.
А второй, тот, что жил со мной потом, сам вышел из того самого леса и сказал:
– Буду у вас жить.
В моём доме, кроме постоянно живущих котов, были непостоянно жившие мыши. Потом мыши ушли. Видимо, им не понравилась водолазная участь их сестёр и братьев, пустившихся в изучение мирового океана прямиком через унитаз. Прежний мой старый кот боялся мышей. Как-то я принёс ему мышь, попавшуюся в мышеловку. Он недоверчиво посмотрел на неё, склонив голову. В этот момент мышь взмахнула хвостом и хлопнула мышеловкой об пол. Кот прыгнул на шкаф и больше в тот день не показывался.
Эта история не только история про кота. Это история мужественной мыши, заслужившей свободу. Но на самом деле это куда более важная история, чем может показаться. Это история по то, как мышь ловит кота.
Дело в том, что суть погони в постоянной перемене мест. В том, что беглец и ловец постоянно меняются местами.

История про котов №2

Итак, новый кот вышел он из леса и сказал: «Буду у вас жить». Не в вопросительном, а оповещающем смысле. Это был лесной кот. И, что немаловажно, не кастрированный. Получил кот имя Василий II Тёмный. Вскоре, впрочем, переименован он был в Василия II Пыльного. Не мог Василий Второй оставить своих лесных привычек – валялся по пыльному полу будто по экологически чистой траве, собирая при этом на себя всякую грязь. Особой любовью пользовался Василий Второй у женщин – они хватали его и тут же начинали жмакать и пуськать.
Однажды он оцарапал руку девушке, которая жмакала его особенно неутомимо. За этой девушкой я долго и безрезультатно ухаживал, и, когда она после этого случая перестала заходить, пришлось мне напиться. В результате мы с Василием устроили даже пьяный дебош. Налил я ему валерьянки в пробочку, а себе – коньяку. Василий оказался буйным во хмелю, начал драться. Я провёл приём «бросок через бедро», и кот улетел в коридор. Меня на следующий день спросили друзья:
– Чё это ты в крови?
– Да вот, – отвечал я. – Устроил пьяный дебош с котом.
– Из-за чего? – спрашивали они не отставая.
– Из-за женщины.
Несмотря на это у нас с котом установилась некая связь.
И вот этот толстый и домашний кот вышел вместе со мной из дома, а, выйдя из дома, увидел кошку и погнал за ней. Вылез из шлейки пошёл знакомится. Давно с кошками, значит, не общался. Судьба позвала его вперёд.
Сначала-то, правда, за день до этого, ко мне влетел мокрый голубь. Впрочем, не влетел, а впал как-то во время дождя, что стоял стеной за окном. Впал голубь и сел на руку.
Я давно знал, что есть такая примета – влетит птица, значит, к смерти. Здесь я продолжаю тему охоты, то есть жизни и смерти, движения к западне, птички к клетке. Жизнь-смерть, любовь-морковь, голуби – птицы мира.
Сначала я по поводу неожиданного визита голубя несколько расстроился, однако потом мне сказали, что если птица начинает о стены биться, то это плохо. А вот если о стены не бьётся, то ничего, все будут живы.
Так этот голубь не то, что не рвался никуда, больше того – этого голубя я два часа выгнать не мог. Он залез под стул и выглядывал оттуда. Всё глазом косил. Даже кота моего этот мокрый голубь не боялся.
Кот смотрел на голубя задумчиво, всё размышлял, что ему, коту, нужно теперь сделать.
И вот голубь высох и прыгнул с карниза, на который в конце концов залез.
Меня потом спросили, не нагадил ли мне голубь на руку. Потому как, говорят, это к деньгам.
Я отвечал, что вроде – нет. Но тут не поймёшь. Он был таким мокрым, что вообще ничего понять было невозможно. Впрочем, рукав он мне всё же намочил – значит, всё же к деньгам, но – небольшим.

История про котов №3

В результате на следующий день я лишился кота. При этом мой кот не умел нажимать кнопки на домофоне, что на двери в подъезде – обратно сам не явится. Можно сказать, что он был красив, только к жизни не очень приспособлен.
Мои чувства напоминали старый анекдот про встречу военных разведчиков – один из них рассказывает, что вот стал резидентом в Америке, работал в ООН, детей вот поднял, в органы устроил. Потом спрашивает другого:
– А ты как?
Тот отвечает:
– Вот работал в Африке пятнадцать лет... Только вот, случилась одна история... Выехал я на спецоперацию в джунгли, и там на меня напал огромный павиан. И сразу изнасиловал.
– Ну ничего, – успокаивает его приятель, – мы никому ничего не расскажем, а павиан – су-щество бессловесное. Небось, не напишет никуда.
Второй отвечает, роняя слёзы:
– Вот и я думаю – не напишет... И не позвонит...
Так и мой кот. Теперь оставалось на манер директора зоопарка, что я видел в давнем мультфильме про Братьев Колобков, приговаривать:
– Какой был кот, какой был кот!..
И тогда я даже напился и на потеху добропорядочным бюргерам горланил из окна:
– А не спеши кота хоронить, это никогда не поздно успеть... И не спеши закрыть ему глаза, он и так любил темноту...
Но, прошло несколько дней, и я поймал своего кота. Вышел из дома с твёрдой решимостью ловить котов и поймал.
Я сделал это с угрюмой сосредоточенностью, подобный персонажам классика:

Петров: Эй, Камаров! Давай ловить камаров!
Камаров: Нет, я к этому ещё не готов; Давай лучше ловить котов!

Итак, кот был пойман. Теперь, притихший, он сидел дома.
В ту же ночь приснился мне умерший дедушка. Был он одет в пальто с каракулевым воротником и в руке держал маленькую сумочку для провизии. Дед был уставшим, но, видимо, там, куда он попал, жизнь требовала не безмятежности, а какой-то хлопотливой пенсионной дея-тельности.
Видимо, ему досталось в ином мире продолжение того, чем он занимался в мире людей.
Мне было очень грустно, что дед мой озабочен какими-то бытовыми проблемами. Однако он говорил, что у него всё нормально, и живёт он очень даже неплохо.
Тут я начал предлагать ему помощь, и спрашивал – нельзя ли передать ему посылочку, собрать каких-нибудь продуктов. Дед отвечал, что нет, нельзя, да я и сам понимал неуместность и глупость своего предложения.
Но от встречи с ним, помимо грустного, у меня осталось особое впечатление – я понял, что деда не изменила даже смерть, и в загробном мире он живёт теми же привычными и поддерживающими жизнь заботами, что и раньше.
Перед этим, кстати, и исчез мой чёрный кот, а бутылка водки (которую очень любил дед) в морозильной камере моего холодильника оказалась практически пустой, хотя никто из неё не пил.
И у меня сложилось впечатление, что это кот уходил куда-то, отнёс туда водки и привёл от-туда деда встретиться.
А потом мы с дедом разошлись по своим домам, и жизнь потекла обычным чередом.
Только кот вскоре исчез – окончательно и бесповоротно, будто крылатые пограничники наглухо закрыли границу между тем миром и этим.