История про сны Березина №101.
В этом сне я предпринял путешествие в Петербург. . И во время этого путешествия город Питер мне бока-то повытер. Причём в городе Петербурге происходят выборы Я оказываюсь в большом ночном клубе, и это довольно большой ночной клуб, помещения в котором идут вокруг танцпола. Я хожу по этой замкнутой анфиладе комнат, сняв ботинки. Отчего-то в банных тапочках. Там я встречаю свою бывшую однокурсницу. Она вполне преуспевает, но сюжет сна толкает на то, чтобы мы, сдерживая рыдая фантазировали на тему – чем могли бы сейчас заниматься наши нерождённые дети. Понятно, что старая любовь не ржавеет.
Там же, немного погодя, я встречаю своего однокурсника Захарова. Он мне рассказывает, что тоже попал в Северную столицу по делу, но будет, не заезжая на вокзал (тут становится ясно, что это заведение находится в пригороде Петербурга), так вот он собирается двигаться на Валдай, где у него запланирован туристический поход. Захаров зашёл в этот клуб случайно, и вот – даже с рюкзаком. Через плечо у него действительно висит рюкзак – легкий, но объёмный.
Чувство зависти переполняет меня – что я тут делаю, выборы какие-то, несбывшиеся мечты и прочее уныние.
Я надеваю ботинки, но вдруг обнаруживаю, что потерял свои банные тапочки – их я прислонил к ножке стола, но стол потерялся и потерялась даже комната, где я это сделал. Тапочек мне жалко – это якорь в море хаоса, и я брожу мимо какой-то странной толпы из расслабленных петербургских молодых людей, президентской охраны и модных журналистах.
Я выхожу из этого странного дома вместе с двумя петербургскими жителями – матерью и сыном-подростком, которые, вцепившись в меня, расспрашивают о культурной жизни юго-восточной столицы. Жизнь крива, не понятно, куда идти в этом чужом пространстве и тянутся в парке передо мной глухие окольные тропы.
Там же, немного погодя, я встречаю своего однокурсника Захарова. Он мне рассказывает, что тоже попал в Северную столицу по делу, но будет, не заезжая на вокзал (тут становится ясно, что это заведение находится в пригороде Петербурга), так вот он собирается двигаться на Валдай, где у него запланирован туристический поход. Захаров зашёл в этот клуб случайно, и вот – даже с рюкзаком. Через плечо у него действительно висит рюкзак – легкий, но объёмный.
Чувство зависти переполняет меня – что я тут делаю, выборы какие-то, несбывшиеся мечты и прочее уныние.
Я надеваю ботинки, но вдруг обнаруживаю, что потерял свои банные тапочки – их я прислонил к ножке стола, но стол потерялся и потерялась даже комната, где я это сделал. Тапочек мне жалко – это якорь в море хаоса, и я брожу мимо какой-то странной толпы из расслабленных петербургских молодых людей, президентской охраны и модных журналистах.
Я выхожу из этого странного дома вместе с двумя петербургскими жителями – матерью и сыном-подростком, которые, вцепившись в меня, расспрашивают о культурной жизни юго-восточной столицы. Жизнь крива, не понятно, куда идти в этом чужом пространстве и тянутся в парке передо мной глухие окольные тропы.