Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про то, что два раза не вставать

Прочитал, меж тем, мемуары о службе в Кавалерийском полку времён поздней Советской власти.
Полк этот (имевший, кстати, танковую роту с «тридцатичетвёрками») давно расформирован, и, кажется, лет пятнадцать назад вместо него создан эскадрон почётного экскорта в Президентском полку.
При этом чтении, я был, надо сказать, удивлён, что редко бывает – собственно, удивлён был странно-высоким уровнем дедовщины и самим образом службы.
Удивление моё, человека, жившего в те времена, было вызвано вот чем: я считал, что конь - достаточно дорогой предмет казённой собственности и испортить его достаточно легко.
Нет, конечно, я видел в своей жизни много примеров порчи дорогого имущества, но они вовсе не были построены на желании что-то испортить. Люди вообще склонны время от времени думать о будущем – офицерам не всегда не хочется лишиться должности, рядовым попасть в дисбат, оттого открытое людоедство редко, да и всякие учения способствуют внешнему лоску, который, хоть и не имеет отношения к здравому смыслу, но свою логику имеет. А вот желание бесцельно лишиться и внешнего лоска я встречал редко.
Раньше я считал, что сравнительно уникальные навыки конюха в той стране, где на лошадях скоро будут ездить только богачи, будут в цене на этой службе. Вообще, в лихой год или в подневольной службе первыми под раздачу попадают люди без профессий или же гуманитарии (что одно и тоже).
Но выживает не только тот, кто умеет тачать сапоги.
Был у меня в знакомых один немолодой человек, который был травим мелким и средним начальством, но, на счастье, был прекрасным оператором на РЛС, что серьёзно облегчало его жизнь. Потому как проверки и стрельбы никто не отменял.
Мой интерес вызвало и другое обстоятельство личной мифологии.
Все мы тогда думали, что в кинематографических кавалеристах служат только дети знаменитостей, которых засунули в ближнее Подмосковье подальше от льдов Севера и жарких степей Юга.
Оттого вчера провёл беседу с М. и С.
С., как оказалось, тоже служил в этом полку и разъяснял мне детали.
При этом он горячился от того, что вот люди, казалось бы, видевшие тоже самое время в сознательном возрасте, хотят сохранить надежду на пусть и мрачную, но логику жизни.
Итак, С. отвечал, что в тех воспоминаниях образ жизни кавалериста даже смягчён - всё дело в том, что Кавалерийский полк представлял собой нечто среднее между обычной частью и стройбатом, то есть, находился на самоокупаемости. Расходы на него оплачивала киностудия «Мосфильм», да, видимо, и другие киностудии.
На этих словах для меня многое стало яснее.
В полку этом, напрямую подчинявшемуся Генеральному штабу, был постоянный некомплект личного состава. При штате человек в семьсот человек, заполнен он был на 70%, а взводными часто ходили срочники. Некомплект всего – вообще странная особенность советских хозрасчётных частей. Итак, всё соединялось с тяжёлой работой с лошадьми, о которой я как раз представление имел.
Забавная деталь - у них не было ночных построений в полной выкладке, потому что ночью спят не только солдаты, но и лошади. Так что после каждого такого построения кого-то увозили в госпиталь, и вскоре от этой обыденной в армии практики отказались.
Увечья там вообще были часты - что естествено при призыве в кавалеристы людей, которые видели лошадь первый раз в жизни.
Удивительным образом в полку не было блатных - на роту приходилось один-два москвича и они хлебали горе ложкой.
- А цена что? Лошадь у нас стоила, как «Запорожец» - тысячи четыре. БТР угробь - дороже будет, - заключил С.
Тут я соглашался, да не очень - для того, чтобы испортить бронетранспортёр всё-таки нужно что-нибудь сделать, а для того, чтобы уморить коня, просто можно вовсе не делать ничего.

Извините, если кого обидел
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment