Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Category:

История про то, что два раза не вставать


Снова всплыла тема литературного воровства - то есть, кражи литературной продукции. Она время от времени выплывает в социальных сетях и теперь, в начале двадцать первого века выглядит всё комичнее.
Меня эта тема занимала давно - не упущу возможности автоцитаты: «О сюжет! – как говорил о таких коллизиях один полотёр. Впрочем, приёмка идёт по весу – и это уже справедливо сказал один настоящий классик. А сюжетов много – другой классик, успешный режиссёр, говорил, что ничего оригинального на свете вообще нет. И дальше этот режиссёр прямо-таки кричал: “Крадите всё! Крадите то, что вдохновляет вас или дает пищу воображению!” Он призывал хватать и вставлять в произведение старые и новые фильмы, любые книги, картины, фотографии, стихи, сны, случайные разговоры, архитектуру, мосты, дорожные знаки, деревья, облака, воду, свет и тени. Фокус здесь в том, что для кражи нужно выбирать только то, что трогает напрямик вашу душу. И ничего не скрывайте”, – говорил этот режиссёр, – “наоборот устраивайте праздник, когда всё удалось”. И сам уже цитировал своего предшественника: “Не важно, откуда вы берете, важно – куда”».
Это, собственно, из книги, обложку которой рисовал знаменитый художник Камаев, и в которой легко угадывается автор идеи – Андрей Рублёв.
Но с этой темой кражи - сущая засада.
Одним удаётся, а другим нет. И сразу хочется разобраться - в чём тут дело, в везении, или же в некоей методе.
Раньше, во время медленного распространения печатных текстов, воровали тоже медленно. Воровали лейбл (как в случае с "Дон Кихотом"), переписывали в книги сюжеты иностранных фильмов - как во время детективного бума девяностых.
Теперь пришла пора фольклора.
Я много лет, с момента, наверное, появления сайта Вернера «Анекдоты из России», наблюдаю пересказы одних и тех же сюжетов, предварённые словами: «Мой приятель вернулся с дачи, и вот что рассказал...»
Причём рассказчик всегда дистанцирован от происходящего: «у нас в полку», «брат вернулся из Америки и вот что там было», etc. Эта дистанция всегда очень маленькая, чтобы лучи славы очевидца всё же упали на рассказчика, на всю его бессмысленную жизнь (такую же бессмысленную, впрочем, как и моя), но расстояние между произошедшим всегда есть – как спасательная и спасительная соломинка чужой ответственности.
Уже тоже довольно давно случилась история с Задорновым и хатуль-маданом. Это история была срамная, но и из неё можно много что вывести.
В первую голову то, что мы живём во время кризиса понятий.
Как устроено авторство в современном мире, до конца ещё не прояснено. Не в меру начитанный человек сразу вспоминает словосочетание «смерть автора» и даже помнит, что это откуда-то из французов, но дальше ничего не помнит. «Смерть автора» - и значит, его нет, и всё можно.
Впрочем, это уже не из французов.
Оттого и важна фраза Годара, которая приведена выше.
Ну и более всего порицаемо воровство as is, которое как раз демонстрировала наивная сорокалетняя дама.
За это ей, кстати, спасибо, потому что она человек незамутнённый и полезным образом проговаривала вслух свои наивные суждения.
«Зарабатываю деньги, все работы хороши <…> Мне нужны были коменты. Для достижения цели все средства хороши. <…> Лучше бы сами что-то залежалое в сети нашли и состряпали из этого немного позитива для друзей».
То есть, это возврат к такому прошлому, где автор скоморошьего бормотания был, но его никто не спрашивал, а когда, как в известном фильме режиссёра Тарковского, скомороха били, то он и не высовывался.
История, правда, помнит и компромиссный вариант: человек говорит о соавторстве – либо с хтоническим началом (я нашёл алмаз и огранил его), либо с малосопротивляющимся автором.
Вспоминают в связи с этим, что певец Михаил Звездинский объявлял на концертах, что написал песню «Очарована, околдована» - в соавторстве с Николаем Заболоцким.
Вот поэтому главным объектом умыкания стал современный фольклор, тем более, что статья 1259 Четвёртой части ГК в своём пункте третьем прямо говорит: «Объектом авторского права не являются произведения народного творчества (фольклор), не имеющие конкретных авторов».
На этом построена деятельность большего количества отечественных юмористов (см. казус Задорного с хатуль-маданом). То есть, хтоническая среда социальных сетей представляется таким варевом без автора (автор там есть, но хочется, чтобы его не было, да и что за автор sss1992 и podliza12?).
Итак, мы рассуждаем о весёлом литературном воровстве и воровстве скучном.
Важнее всего - какая работа произведена над украденным.

Да, ещё, чтобы не забыть - у меня в жизни был случай обратного перехода - то есть, из литературы в фольклор.
В детстве я, как и многие мальчики Советской страны, ездил в пионерский лагерь. Был я там несколько раз, но в первый - мне удивительно повезло с вожатым.
К несчастью, я не знаю его фамилии, но испытываю к нему благодарность до сих пор. Во-первых, он по но ночам выводил нас к костру на территории лагеря, и мы, маленькие бандерлоги, смотрели на огонь. Во-вторых, мы у этого костра рассказывали страшные истории - и сам вожатый тоже.
Первую я запомнил слово в слово - там был один крестьянин, что ехал на телеге и увидел под мостом барашка, барашек был очень милый, и крестьянин взял его с собой. И вот, крестьянин гладил барашка - бяша-бяша-бяша, пионерский костёр потрескивал, дети слушали, и вдруг барашек открывал зубастую пасть и злобно повторял: «Бяша-бяша-бяша».
Ещё одну историю услышал я у этого костра, историю про молодого офицера, что ехал по своим делам во время войны 1812 года и останавливался в маленькой деревне где-то в Карпатах, и крестьяне шептались, что дед стал упырём, и вот уже вся семья подалась, и вот, в конце, офицер несётся по пыльной горной дороге, а за ним мчится стая упырей.
И третья история была рассказана у того костра - про двух казаков, один из которых убил другого, и стонали мертвецы, и дрожали карпатские горы, и месть была страшна.
Не знаю, что стало с этим вожатым - кажется, он был только что из армии, вожатыми в наш лагерь брали не профессионалов, а просто сотрудников Конструкторского бюро им. Микояна, и неизвестно мне имя этого человека.
Но именно тогда, комариной ночью в Тучково, я ощутил величие русской литературы.
Между прочим, а не помнит ли кто ещё примеров перевода литературы в фольклор – я, кроме «плана Даллеса» из романа Иванова, не могу припомнить навскидку?


Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments