Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Category:

История про то, что два раза не вставать

Заговорили о волнении. Как-то принято считать, что волнение, особенно в творчестве,- это очень даже хорошо.
Прот любви моих соотечественников к цитированию, сразу появляется известная фраза: «Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то изблюю тебя из уст Моих» (Откровение 3:15-16).
Там, правда, дальше идёт описание этой «теплохладности»: «Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чём не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг», но до него, как правило, никто не дочитывает..
Между тем, священным волнением сейчас объясняются вовсе ужасные вещи.
Какие-то чудовищные слухи, психотерапевтическое выговаривание и вовсе бормотание толпы.
Вот, кстати, есть известный афоризм, которым набит Интернет и все продающиеся у вокзалов сборники мудрых цитат: «Самые раскалённые места в аду предназначены для тех, кто во времена великих моральных испытаний хранил нейтралитет» - в конце пишется «Данте» и деликатно приводится инициал «А».
То есть, великий человек прямо говорит нам о пагубности нейтралитета, и подталкивает потомков: надо, надо примкнуть.
Обыватель действительно  помнит, хоть и смутно, что что-то было в «Божественной комедии» такое - Данте порицал своих соотечественников за неучастие в гражданском противостоянии.
Но история этой фразы хоть и давнишняя, но не давняя - и её автор не Данте, а Джон Фицжеральд Кеннеди.
Это его речь в городе Тулса (Оклахома) 16 сентября 1959 года. И вот одно дело следовать за Данте, а другое - за 35-м президентом США, который в этот момент ещё не президент, а только рвётся к этому посту.
Он ссылается на Данте, прибирая мёртвого поэта в союзники.
Я эту цитату встречаю довольно часто, и вижу, насколько далеко она ушла от слов «То горестный дел тех душ, что прожили, не зная, ни славы, не позора смертных дел. <...> Они не стоят слов: взгляни и мимо!» (Перевод М. Лозинского).
Я как раз за то, чтобы прислушаться к себе, чтобы понять – холодеешь ли ты, или у тебя жар.
Что с тобой происходит.
Сделать это лучше в тишине и спокойствии.

Толстой много говорил и о волненни, и о заблуждении.
Когда он писал «Войну и мир», то однажды упал с коня, сломал и вывихнул руку.
Пришлось диктовать, но дело не шло.
 «“Нынче поутру около часа диктовал Тане , но не хорошо — спокойно, без волнения, а без волнения наше писательское дело не идет... Я начинаю охладевать к своему писанию, и, можешь себе представить, ты, глупая, со своими неумственными интересами, мне сказала истинную правду. Все историческое не клеится и идет вяло. Я утешаюсь, что от этого не идет вперед. Я расклеился” (письмо от 7 декабря 1864 года) .
Этот хорошая тема о волнении – во-первых, что понимал под этим Толстой. Волнение,  как азарт, волнение, как отстутствие равнодушия и лени.
Степени волнения бывают разные.
Бывает и волнение, как раздражение – болит рука, хочется писать,  а приходится диктовать.
Роман строился как дом, перестраиваясь и достраиваясь.
В архитектуре волнение часто вредно, а вот вдохновение – незаменимо.
Только в процессе строительства вдохновение и черновая работа, требующая размеренной аккуратности часто меняются местами.



Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments